Не хочу даже вспоминать, как пролетели еще одни сутки, ставшие для всех нас настоящим испытанием. Эльфы осунулись еще больше, их черты заострились, а скулы стали выпирать подобно ребрам голодающих, очерчивая и без того донельзя измученные лица. Про меня же не стоило даже говорить, внутри все время будто жил кто-то другой и постоянно невпопад двигал конечностями, порождая уйму необычных ощущений, совсем не доставляющих мне удовольствия. Со временем, правда, я постепенно свыкся, но легче от этого не стало. Слегка отпускало только на привалах, когда переставал двигаться и с облегчением устраивался под очередным деревом - я тогда закрывал глаза и полностью отрешившись от всего окружающего погружался в собственные ощущения, стараясь внимательно прислушиваться к себе самому и прояснить хоть каплю того, что со мной происходило. Но разобраться с ситуацией так ни насколько и не смог. Потом мы опять шли, пока борющиеся с собой эльфы не останавливались на очередной отдых, и так без конца.
А потом случилось неожиданное, я стал различать впереди по курсу движения бегущую воду, пока очередной поворот не вывел нас к руслу неспешно несущей свои потоки речушке. Именно что не реки, метров десять в ширину ее русло, казалось, можно было перейти на своих двоих, на глаз глубина едва достигала бы мне до подбородка, а течение было столь слабым, что это не составило бы для меня никакого труда.
Я оглянулся на плетущихся сзади эльфов и встретился глазами с Инноэ, та неверящиме окинула взглядом прозрачную гладь и сдавленно просипела:
- Невероятно, но мы дошли, - потом помолчала и добавила, - только забрали слишком в сторону.
- По твоим словам нам еще как минимум пару суток топать было, - бросил я.
- Не знаю, - она покачала головой, - как то все не так получилось, может из-за того, что не с караваном шли.
Ладно, караваном или нет, это дело десятое, куда дальше, вот в чем вопрос. Она словно прочла мои мысли и тут же ответила:
- Нам туда, - и кивнула вправо, по течению.
Не дожидаясь пояснений, я тут же двинулся вдоль берега, явно ведь знает, о чем говорит. Сиротливо росшие вдоль реки редкие деревья совсем не мешали продвижению и если бы не едва ковыляющая сзади парочка, уже давно свернул бы на очередном повороте и шагал бы себе дальше. А так приходилось замедляться и поджидать все время отстающих эльфов. Все еще не пришедший в себя Соин словно сросся со спиной и уже не ощущался чем-то чужеродным, оседлавшим мой горб и не собирающимся с него слазить, напротив, я поразительно быстро привык к своему страдальцу и почти не ощущал от него дискомфорта, он словно стал меньше весить и будто сам прилип к спине. Конечно, поддерживать его не перестал, но все уже происходило само, рефлекторно, без участия мозга и потому совсем не отвлекало от непрестанно терзающих меня размышлений. Мое нутро все никак не успокаивалось и продолжало вызывать целую гамму неожиданных и абсолютно новых ощущений, так и не прекратившихся с того момента. Они то притуплялись, то накатывали с новой силой, иногда я не замечал, как под их воздействием ускорялся и уходил далеко вперед, а потом возвращался и дожидался остальных. Зубы то и дело скрипели, запирая рвущиеся наружу эмоции, стоны или гримасы, со стороны я, должно быть, казался бесстрастным истуканом с каменой фреской вместо лица, внутри же все бурлило и клокотало.
И потому совсем не удивительно, что Ионнэ, шедшая позади меня шагах в двадцати первая увидела то, к чему мы шли - Лагерь охотников. Ее вскрик заставил меня очнуться и оторвать взгляд от земли, и тут же присвистнуть про себя - ну ни хрена ж себе лагерь! Да тут целая крепость, никак не меньше.
