Возможно поэтому-то Райгел так разозлился ещё в Кингстоне. Он считал Лайлу аморальной потому, что она разбила семью и разрушила положение мужчины в обществе — биологическая структура качества и секса разрушила социальную структуру качества, семью и работу. И больше всего Райгела бесило то, что на сцене появляются подобные Федру интеллектуалы, которые утверждают, что подавлять биологические порывы — неинтеллигентно. Такие проблемы надо решать на основе разума, а не на основе социальных кодексов.
Но если Райгел посчитал Федра защитником кодекса «интеллект против общества» и причиной социальных волнений, то он, конечно, не туда попал. Ведь Метафизика Качества устраняет интеллектуальный
В субъектно-объектной метафизике этот постулат неприступен, но Метафизика Качества спрашивает: «
Гравитация — неорганическая структура ценностей. Науку это не волнует? Истина — интеллектуальная структура ценностей. Науке безразлично? Ученый может вполне резонно спорить о том, что моральный вопрос: «Правильно ли убивать соседа?» — это не научный вопрос. А согласится ли он с тем, что вопрос: «Можно ли фабриковать научные данные?» — не научный вопрос? Может ли он как учёный сказать: «Фабрикация научных данных не имеет отношения к науке»? Если же он попытается хитрить и попробует утверждать, что это моральный вопрос о науке, который не является частью науки, то тогда он впадает в шизофрению. То есть при этом он допускает наличие реального мира, который наука постичь не в состоянии.
Метафизика Качества уясняет, что науку не интересуют только
И тому есть важные исторические причины:
Доктрина об отсутствии связи между наукой и моралью восходит ещё к древнегреческим верованиям в то, что разум не зависит от общества, что он сам по себе, рождён без родителей. Древние греки, такие как Сократ и Пифагор, проложили путь к основополагающему принципу науки: истина независима от общественного мнения. Её надо устанавливать непосредственным наблюдением и опытом, а не понаслышке. Религиозные авторитеты всегда считали этот принцип ересью. Для ранних верующих мысль о том, что наука независима от общества, была очень опасным понятием. Люди за это платились жизнью.
Те, кто защищали науку от господства церкви, утверждали, что науку не интересует мораль. Интеллектуалы отдавали мораль на откуп церкви. А более общая структура Метафизики Качества проясняет: политическая борьба науки за освобождение от господства кодексов социальной морали по существу является
Как только эта политическая борьба завершится, Метафизика Качества может вновь вернуться к вопросу: «Насколько же
Если общество непричастно к научным открытиям, тогда откуда же берутся научные гипотезы? Если исследователь полностью объективен и фиксирует лишь то, что наблюдает, то где же он тогда находит гипотезы? Атомы в своём багаже не имеют никаких гипотез на свой счёт. Стоит лишь допустить наличие исключительной субъектно-объектной науки, науки разум-материя, то вся проблема неизбежно попадает в интеллектуальную черную дыру.
Наше научное описание природы всегда выводится из культуры. Природа гласит нам лишь то, к чему предрасполагает нас культура. Выбор того, какие неорганические структуры надо исследовать, а какие игнорировать, делается на основе социальных структур ценностей, а если не на них, то на основе биологических структур ценностей.
Декартово «Я мыслю — следовательно существую» исторически было провозглашением независимости интеллектуального уровня развития от социального, но сказал бы он это, если бы был китайским философом семнадцатого века? И если бы он был им, то стал ли кто-либо слушать его в Китае в семнадцатом веке, назвали ли бы его блестящим мыслителем и занесли бы его имя в историю? Если бы Декарт заявил: «Существует культура Франции семнадцатого века, а посему я мыслю, и значит существую», вот тогда он был бы прав.
