— Хорошо, тогда ждите завтра, после уроков или во время, тут как сложится. По поводу моей нормы на сегодня, — Сергей, прикусив нижнюю губу, со скрипом потянулся к шкафу с курткой, ожидая, что его остановят. К его глубочайшему сожалению, этого не произошло, и он достал из нагрудного кармана всю сегодняшнюю выручку. – Вот. С завтрашнего дня, надеюсь, мы решим вопрос с моей платой. А пока дайте отдохнуть, а то меня эта мымра так своим костылём отходила, аж стоять больно. Больше никогда не буду помогать людям. – Странник поморщился и подвигал плечами, разминая ноющие мышцы.
— Без проблем, до завтра тогда. Маякнёшь, когда мы тебе пригодимся. – С этими словами ребята удалились, но странник не пошёл на боковую, как планировал, ведь в его голове сидел обиженный на весь мир молодой пацан, которого требовалось вытянуть из депрессивного состояния.
Накинув куртку, он отправился в спортзал на первом этаже. Самая непопулярная комната с железом, покрытым пылью. Больше всего настораживало её расположение, а именно в жилом комплексе для маленьких детей, не достигших шестнадцати лет. Никакой безопасности, ничего напоминающего заботу о подрастающем поколении. И знают же, что упражнения тяжёлой атлетики разрешены минимум с четырнадцати, поскольку до этого возраста кости ребёнка мягки и податливы, а также из-за высоких нагрузок идёт торможение роста скелета, в мышцах до двенадцати лет много воды и мало белков, всё это в купе может привести к неприятным последствиям. Но всё равно установили здесь штанги, гантели и гири. Единственное, что радовало, это наличие беговых дорожек, они оказались в самый раз для подрастающего организма, но только когда без фанатизма, ведь связки в этом возрасте тоже слабы.
— Эй, ты там живой? – Стало первым вопросом, когда Романов включил свет и никого не обнаружил в помещении с пошарканными стенами и грязным зелёным линолеумом. – Ты это, если хочешь сделать глупость, то сначала посоветуйся со мной. Помни, что ты не один в этом теле, а также, что таким макаром ты за родителей никогда не отомстишь. Побили бедняжку, и что с того?! Встал, вытер сопли, слюни и пошёл! Не можешь идти, ползи! Оторвало руки?! Так есть ещё зубы, позвоночник, подбородок! Пока твой разум не потух, ты никогда не должен сдаваться! Понял?! – Странник специально подбирал слова так, что даже если его кто и услышит, то подумает на то, что разочаровавшийся в жизни ребёнок подбадривает себя вот таким вот неординарным способом.
— Хватит орать, нас же услышат! – вышел на контакт малец.
— Ты чего нюни распустил? – Уже тише спросил Сергей.
— Достало всё. Устал.
— Понимаю, и совсем, вот ни капельки, не осуждаю, — бодрым и залихватски произнёс странник. – Но тут смотри какая загвоздка. Моя миссия — спасти этот мир, и если ты уйдёшь, то ни о каком его изменении речи идти не будет. Я выясню проблему, решу её и дальше пойду отдыхать в мир иной. Понимаешь, к чему это я?
— Да. – Ребёнок потихоньку успокаивался, поскольку всё пламя души военного передавалось юнцу, и он чувствовал то же самое, что и человек, для которого эти мелкие дрязги и склоки — ничто.
— Тогда предлагаю пойти умыться и лечь спать. Сегодня так уж и быть обойдёмся без охоты, а завтра попытаешься вызвать сегодняшнее чувство, и я сделаю так, что о краже никто не узнает, если ты, конечно же, об этом вообще сейчас думаешь. – На этих словах они снова поменялись местами.
***
На следующий день, утром, Арт сначала пытался испугаться, потом отстраниться, но у него не выходило снова обменяться местами со странником, до тех пор, пока Сергей, максимально аккуратно, не напомнил тому про родителей и то, что он их больше не увидит, просто вспомнив свою маму. Ребёнок моментально ушёл на второй план, отдав место старшему.
Первым делом, Романов сходил на кухню и попытался найти пластиковую тару, в которую он будет переливать алкоголь, но ничего там не найдя, отправился на улицу заниматься отвратительным деянием, после которого придётся мыться с хлоркой, а именно копаться в мусоре. Благо к этому времени все ребята покинули жилые помещения и отправились на учёбу. Странник успел заранее попросить, чтобы те предупредили учителя об его опоздании по причине несварения желудка. Они удивились диковинным фразам, но согласились выгородить его.
Следующим пунктом в плане оказалось мытьё тары, поскольку пластик впитал в себя запахи остатков гнилой пищи, из которых в основе своей были картофельные отчистки, гнилые части помидор и листья, не пригодные в пищу. Дело это оказалось неприятным, долгим и муторным. Соды, газет или солнечного света, которыми можно изничтожить неприятные ароматы, под рукой не было, и пришлось по старинке работать моющим средством, в роли которого выступило еле пенящееся мыло. И только после долгой и тщательной промывки до Романова дошло, что, во-первых, ему нужно лишь содержимое, во-вторых, спирт перебьёт весь смрад, ну и в-третьих, это всё, чего достойны те, кто пытался его угнетать.
