По сравнению с военным, малец ещё даже крови не чуял, не то что клинок запачкал, ведь странник в бытности своей в первые недели чуть ли не каждый час клал монстров на лопатки, и именно по этой причине успел прокачаться до невиданных высот в течение года. Но именно по причине своего бурного роста и постоянных сражений он разучился думать на несколько ходов вперёд, оставляя всю подобную работу своим товарищам.
— Решено, тогда я сначала пойду к Клавдии. – Пробурчал Арт себе под нос, и, бросив вещи в общую кучу на четвёртом этаже, предварительно не забыв оставить свою пометку в виде чёрной надписи «Артемид» на каждой из них, он направился на свои «изнурительные» в кавычках работы, ведь если сравнивать их с теми, которые сейчас достаются другим интернатовским мальчишкам, у него отпуск, а не добровольно-принудительный труд.
Через час быстрой ходьбы и просмотра чуда технической и биологической мысли в виде мутаций организма, а также модов на импланты, он наконец добрался до цели, по пути вспоминая, что входило в базовый набор, выдаваемый правительством. Улучшенный слух, ускорение нейронов, аналитика, обработка данных, загрузка информации напрямую в мозг — всё это являлось платными услугами, рекламируемыми на мерцающих табло. Также ему понравились дополнительные пары рук или глаз, бронированная кожа, улучшенное ночное зрение и обострение органов чувств, но это касалось уже мутаций, которые он замечал у людей лишь вскользь, ведь они стоили куда дороже, чем замена органов на механизмы.
— Хватит слюни пускать. Всё это тебе не нужно, пока. Может, как-нибудь потом, но уж точно не сейчас, ты обзаведёшься парой мутаций, и, возможно, мы вставим тебе МОЭ для смены привязки или дополнения к твоей истинной стихии. Я ещё толком не разобрался, но, возможно, ты сможешь овладеть другой магией и пользоваться ей на таком же уровне, как некромантией. Но всё это в перспективе, так что реализуй себя в тренировках, и мы подумаем, где достать столько денег. – Всё это странник проговаривал, когда малец, уже зайдя к старушке, мыл у неё полы, попутно смотря телевизор, специально останавливаясь на труднодоступных местах, дабы подольше находиться в зале.
— Было бы неплохо, владей я непробиваемой кожей, — пробурчал малец себе под нос, чтобы старушка, сидящая на кухне, его не услышала.
— Посмотри на календарь. – Вдруг сменил тему странник. — Ничего странного не замечаешь?
— Пометок много. – ответил Арт, разглядывая не столько числа, как зелёного дракона сверху над ними.
— Да, и самая жирная на том дне, когда у некроманта случайным образом создалась химера.
— Думаешь, это как-то связано?
— Не знаю, но, думаю, она не откажется ответить нам на пару вопросов.
— Может, не надо? – Мальчик вжал голову в плечи.
— Надо. Я буду диктовать, а ты повторяй просто за мной, если замахнётся, то беги к выходу.
— Хорошо. – Мальчику самому стало любопытно, и только по этой причине он согласился. Через минуту Арт уже стоял на кухне перед медленно попивающей чай с плюшками бабулей и терроризировал ту вопросами, на которые она сначала с охотой, а после уже с трудом, пренебрежением и желанием поскорее отвязаться от прилипалы отвечала кратко и по существу.
— Так всё же, где и с кем вы были в тот день? – не унимался назойливый ребёнок, под слова странника продавливая подозреваемую.
— Да говорю же, у подруги, мы в ресторан ездили.
— Что кушали? – В очередной раз он задал один и тот же вопрос, на который старушка отвечала всё время по-разному, а на слова «вы же говорили, что там были моллюски» она отвечала «и они тоже там были». В итоге по её рассказу в ресторане у них был целый шведский стол на сто персон, но только на двоих.
— Чай пили! Чего пристал! А ну брысь из моей квартиры!
— Она врёт. Но ничего криминального не было. Скажи, что ты понял, как хорошо она отдохнула в эти дни, по её румяным щёчкам и не затухающей улыбке, а после добавь, что всё помыл и просто хотел пообщаться с взрослой привлекательной женщиной. – Сергей смеялся чуть ли не в голос, когда ребёнок по его указке совращал престарелую мадмуазель, и самое смешное было в том, что старушка растаяла от таких слов и отпустила того пораньше, наградив за столь приятные её ушам слова горсткой конфет, в которую, к сожалению обоих, поместилось всего три штучки.
— Почему ты решил, что она не замешана? Здесь же очевидный обман был. – Возразил Арт, когда они вышли из дома и направились на склад.
