— У меня не было такого приказа. Я действовал без приказаний и не собирался начинать войну.
— Тем не менее, если вы подтвердите мои слова, это произведет большое впечатление.
— Я не могу подтверждать неправду.
Девур не обратил на это внимания. Он хрипло сказал:
— Они должны будут убедиться, что вы не одурманены и психически нормальны. Подтвердите по доброй воле то, что мы вам скажем. Пусть конференция видит, что известнейший член Совета, сын самого Конвея, незаконно применял силу, в то время как Земля созывала конференцию, утверждая о своих мирных намерениях. Это сразу решит все дело.
Старр перевел дыхание и посмотрел на холодно улыбавшегося сирианца. Он сказал:
— И все? Ложные показания в обмен на жизнь?
— Да. Можно сформулировать и так. Делайте выбор.
— Выбора нет. Я не стану лжесвидетельствовать.
Глаза Девура превратились в щелки.
— Думаю, станете. Наши агенты тщательно изучили вас, член Совета, и мы знаем ваше слабое место. Вы могли бы предпочесть собственную смерть, но у вас по-земному сентиментальное отношение к слабым, уродливым, извращенным. Вы захотите предотвратить, — мягкая и пухлая рука сирианца неожиданно указала на Верзилу, — его смерть.
— Спокойней, Верзила, — прошептал Старр.
Маленький марсианин скорчился в кресле, глаза его с ненавистью были устремлены на Девура.
Дэвид сказал:
— Не пугайте меня, я не ребенок. Казнь в мире роботов осуществить нелегко. Роботы не могут убить нас, и я уверен, что вы и ваши коллеги не сможете хладнокровно убить человека.
— Конечно, нет, если вы имеете в виду отрубленную голову или развороченную грудь. Но в мгновенной смерти нет ничего страшного. Допустим, наши роботы подготовят к запуску пустой корабль. Вашего… гм… спутника прикуют цепями к переборке, прикуют роботы, которые, конечно, постараются не причинить ему вреда. На корабле будет автопилот, который уведет корабль подальше от Солнца и от плоскости эклиптики. Ни одного шанса на квадриллион, что корабль заметят с Земли. Он будет двигаться вечно.
Верзила вмешался:
— Счастливчик, неважно, что они со мной сделают. Не соглашайся ни на что.
Девур, не обращая на него внимания, продолжал:
— У вашего спутника будет достаточно воздуха; в пределах его досягаемости будет вода. Конечно, это существо будет одно и без всякой пищи. Голодная смерть — медленная смерть, а смерть от голода в космическом одиночестве вообще ужасна.
Старр сказал:
— Это подлое и бесчестное обращение с военнопленными.
— Но войны нет. Вы просто шпионы. Однако этого может и не произойти, член Совета. Подпишите необходимые признания, что вы действительно напали на нас и готовы подтвердить это на конференции. Я уверен, вы услышите мольбу существа, с которым подружились.
— Мольбу? — Верзила с побагровевшим лицом вскочил на ноги.
Девур неожиданно повысил голос:
— Существо немедленно отправить в заключение. Действуйте.
По обе стороны от Верзилы молча материализовались два робота и схватили его за руки. Мгновение Верзила пытался вырваться, тело его поднялось над полом от усилий, но руки оставались неподвижны.
Один из роботов сказал:
— Пусть хозяин не сопротивляется, иначе он может повредить себе, несмотря на все наши усилия.
Девур сказал:
— У вас двадцать четыре часа на принятие решения. Достаточно времени, член Совета? — Он взглянул на декоративную металлическую полоску у себя на руке. — А тем временем мы подготовим корабль. Если даже не придется его использовать, как я надеюсь, член Совета, это всего лишь работа роботов. Оставайтесь на месте: вы не можете помочь своему спутнику. Пока ему не причинят никакого вреда.
Верзилу вынесли из помещения. Старр, привстав, беспомощно смотрел ему вслед.
На столе, на маленьком ящичке, вспыхнул огонек. Девур коснулся его, и оттуда выскочила разноцветная трубка. Появилось изображение головы. Голос произнес:
— Нам с Йонгом только что доложили, что член Совета у вас, Девур. Почему нам сообщили об этом только после посадки?
— Какая разница, Зайон? Теперь вы знаете. Придете?
— Конечно. Мы хотим повидаться с членом Совета.
— Приходите ко мне.
Пятнадцать минут спустя прибыли сирианцы. Оба были ростом с Девура, у обоих оливкового цвета кожа (Дэвид знал, что более сильное ультрафиолетовое излучение Сириуса вызывает такой цвет кожи), но они были значительно старше.
У одного из них были короткие седые волосы. Этот тонкогубый человек говорил исключительно точно и четко. Его представили как Харрига Зайона, и по его мундиру ясно было, что он старший офицер космической службы Сириуса.
Другой был почти лыс. На руке у него виднелся большой шрам, и выглядел он как человек, состарившийся в космосе. Это был Баррет Йонг, тоже из космической службы.
Старр сказал:
— Я знаю, что ваша космическая служба в чем-то эквивалентна нашему Совету Науки.
— Да, — серьезно ответил Зайон. — В этом смысле мы коллеги, хотя и на противоположных сторонах баррикады.
— Значит, офицеры Зайон и Йонг. А мистер Девур…
Девур вмешался:
— Я не член космической службы. Мне это не нужно. Сириусу можно служить и не в ее рядах.
