Инг Матссон — самый молодой судья в мировой истории, родом из ледяных краев государства Брель. Чистокровный брельиец. Сдержанный, холодный, расчетливый и до скрежета зубов воспитанный.
Таких людей, как он, жаждущих власти и наживших себе маленький ее кусочек, лучше держать на коротком поводке. Поэтому я и выбрал его на должность городского судьи.
Ко всему прочему, ходил слух, что Инг Матссон — это его ненастоящее имя, что он сбежал из родной страны. Доказательств этому я не нашел, однако, если данная байка является правдой, могу предположить — господин Матссон мужчина не робкого десятка. И скорее всего, эта пикантная сплетня была распущена специально. Своего рода прикрытие. Иначе почему за ним еще не явились брельские власти? Он ведь здесь как на ладони…
По сведениям, которые сумела-таки добыть для меня Анна, господину Матссону в своей стране (заметьте, одной из самых экономически-развитых стран мира) жилось очень даже припеваючи: три молоденькие жены, собственное имение и мега-успешный бизнес по поставке воды из ледников по всему миру.
Поэтому с момента, когда пару лет назад был убит судья нашего города и господин Матссон проявил интерес к новоиспеченной должности, я не перестаю задаваться вопросами: почему чистокровный брельиец покинул свою страну (а нам всем известно, что случается это очень и очень редко, уж больно патриотичный они народ), каковы его цели и на кого он работает?
Я посмотрел на молодого господина Матссона, с иголочки одетого, стоявшего с гордой осанкой у противоположной стороны длинного стола. В черноте его глаз скрывалась какая-то тайна. Да и пованивало от него немного. В просторном зале для собеседований, где безостановочно работали несколько кондиционеров, вспотеть можно лишь в случае, если человек взволнован.
А господин городской судья был, по-видимому, крайне взволнован.
Я четко слышал его частое сердцебиение. Такой ритм выбивали несколько сердец в зале, но у Матссона пульс был ярче, чем у остальных. Судья явно что-то скрывал.
Я перевел взгляд за его спину на экран и еще раз проанализировал воспроизведенную там информацию. Чертежи зданий, которые при согласовании проекта построят в Пятом квартале, смотрелись внушительно. Диаграммы с серьезными цифрами и процентами, а также перечень солидных инвесторов, согласившихся спонсировать программу «Оздоровительного Центра для населения Бервеста» от начала стройки до открытия дверей, впечатляли.
Отказать такому проекту было трудно.
Особенно когда вишенкой на торте являлась печальная статистика массивного спада здоровья среднестатистического человека, проживающего в Бервестайском регионе. И это при том, что у нас превосходно чистый воздух, на прилавках магазинов высококачественное мясо с органических ферм по выращиванию скота, а свежайшие ягоды и фрукты регулярными партиями доставляются из Южной Долины. К тому же гражданам Адлиона предоставляется льготное медицинское обслуживание.
Главы районных администраций, несколько респектабельных бизнесменов и парочка мелких политиков, собравшихся за массивным столом, глядели на меня с неподдельным любопытством. Любой другой мэр города утвердил бы этот проект без лишних вопросов. Но не я. И не в ситуации, когда владельцем и одновременно руководителем проекта была госпожа Матссон.
Белокурая женщина пристроилась за столом рядом со своим супругом. Я перевел на нее спокойный взгляд и, жестом руки попросив городского судью присесть на свое место, произнес:
— Прежде чем я серьезно задумаюсь над утверждением проекта, не могли бы вы, госпожа Матссон, ответить мне на несколько вопросов?
***
Женщина распрямила плечи, вежливо кивнула, и я продолжил:
— Как руководитель проекта вы наверняка подсчитали количество работников, необходимых для реализации вашего плана. — Госпожа Матссон развернулась к экрану, и буквально через пару секунд на нем появился нужный слайд. — Замечательно, строителей и дизайнеров вы посчитали, однако я и так вижу это в бюджете. — Я перелистал слайды, глядя на экран пэдтача перед собой. Остановился, спустил палец к нужной строке. — Строка одиннадцатая. — Члены собрания, включая руководительницу проекта, вперили в меня удивленные взгляды. Я лишь откинулся на спинку стула, сложив руки на груди. — Меня интересуют работники, которые вам понадобятся после открытия. Когда комплекс отстроят и он будет готов открыть свои двери людям.
Бизнесмены мигом подобрались и перевели взгляды на госпожу Матссон. Эти акулы рынка всегда отличались от глав районных администраций и местных политиков острым умом. Они знали, как работает рынок. Понимали, что это целая система. И чтобы система работала эффективно и в заданном направлении, необходимо учесть все ее составляющие. Упустишь хоть одну, и весь проект может рухнуть. А так как присутствующие здесь бизнесмены являлись основными инвесторами, не считая поступлений из городского бюджета, то в первую очередь госпожа Матссон и ее супруг должны были убедить их в гарантированном успехе своего проекта.
