— Не пытайтесь разговаривать, через несколько часов голос вернётся, — сказал Берт, после чего взял капельницу и покинул комнату. Мама пересела ко мне.
— Хочешь я позову твоего брата? Он очень переживает, — сказала она, а я кивнула.
Мама поцеловала меня в лоб, после чего вышла из комнаты. Брат зашёл почти сразу же. Он сел на кровать рядом со мной и взял мою руку в свои. Глядя на него, мои глаза невольно заслезились.
— Расскажи мне, — показала я.
— Ты не должна ни за что чувствовать вину, — сказал Адриан. Как же хорошо он меня знает, — Сейчас вечер понедельника, — ответил он на мой негласный вопрос. Я улыбнулась, — Ты так кричала, Василисса, — брат зажмурил глаза на несколько секунд, — Я спал. Мы все спали. Даже шумоизоляция не укрыла твой крик. Представь, его услышали даже лакстарды из своего дома. Соседи вызвали копов, но это ерунда. Я так испугался, что даже не заметил, насколько ты была горячей. У мамы началась самая настоящая истерика.
— Я помню, — показала я.
— А ты помнишь, что с тобой было? То есть, почему всё это случилось?
— Да, — показала я.
— Ты расскажешь мне?
— Не знаю.
— Эй, у нас теперь есть секреты?
Я просто закрыла глаза. Я пока что не знаю, делиться информацией, которую я узнала или нет. А сказать Адриану, это всё равно что сказать отцу.
— Лисса, я оставлю тебя. Тебе нужно поспать, — сказал брат, — А завтра к тебе уже вернётся голос, мы поедем в Базиль вдвоём, всё будет хорошо.
Я открыла глаза. Всё, что мне оставалось это кивнуть, и я с трудом сжала ладонь брата. Жаль, что мне уже не кажется, что хоть когда-нибудь будет всё хорошо. Брат поцеловал меня, как мама, затем потрепал по макушке и вышел из комнаты. Я осталась наедине со своими мыслями.
Я сильная, так сказал Великий Лакс, но тогда почему я этого не чувствую? Мне всего 18 лет, я провела взаперти 90 % свой жизни, тогда откуда во мне может взяться сила? Я ничего не знаю о реальной жизни. И как я смогу противостоять всем лаксонам в числе которых и мой отец? Как я должна защитить Райана Малума? Наверное, всё просто, ведь на моей стороне сам отец прародитель. И мне точно не стоит забывать об этом.
Проснувшись, я не сразу вспомнила, что было. Такое ощущение, что у меня из жизни вычеркнули один день. Хотя, так оно и есть. К счастью, чувствую я себя великолепно, словно ничего и не было. Горло! Я прочистила горло.
— Привет, — почти идеально сказала я вслух, после чего почувствовала себя немного глупо.
Какое же это счастье — просто говорить! Я как дурочка подскочила и начала кружиться по комнате. Откуда же во мне столько сил?
Вдоволь натанцевавшись, я снова рухнула на кровать. А сколько сейчас вообще время? Я начала искать свой телефон. На тумбочке нет, кровать я всю перевернула и не нашла его. Интересно. В итоге оказалось, что он валяется на полу. Я подняла бедняжку, а он ещё и разряжен. Я поставила сотовый на зарядку и начала смотреть на него, в ожидании, когда смогу включить. Наконец, телефон включился. Ого, уже 12 часов дня, вот это я поспала. Ещё и учёбу прогуляла, о чём совсем не жалею. Обидно только то, что я не виделась с Эллой. И Джейсоном… предательски заговорило подсознание. На меня обрушились сообщения. У меня такого никогда не было!
Элла:
Элла:
Элла:
Элла:
Все эти сообщения пришли от Эллы вчера. Но и сегодня подруга успела мне написать.
Элла:
Элла:
Мне стало стыдно перед ней. Представляю, как ей там одиноко. Если бы я была на неё месте, то постаралась бы как-то улизнуть. Я написала сообщение Элле.
Я:
Я начала листать другие уведомления. Что это? Я швырнула телефон на кровать, чуть не вырвав из розетки. Должно быть мне показалось. Моё сердце сейчас выпрыгнет из груди. Я снова взяла телефон в руки.
Джейсон:
Джейсон:
Джейсон:
Он и сегодня мне написал!
Джейсон:
Джейсон:
Всё, я точно больше не могу злиться на него. Он достаточно наказан моим игнорированием. Сегодня я встречусь с Джейсоном Кронером.
