Я продержалась двадцать минут.
Ухабистая дорога, холодный ноябрьский ветер и еще этот парень, который бежал рядом, – я просто не смогла продержаться дольше. Оставив Дэймона на полпути к озеру, я развернулась и так быстро, насколько могла, зашагала домой. Дэймон несколько раз звал меня, но я не обернулась. Как только я ворвалась в ванную, меня стошнило. Настолько сильно, что я упала на колени и, держась руками за унитаз, продолжала содрогаться всем телом. По моему лицу катились слезы. Мне было так плохо, что я разбудила маму.
Она в ужасе ворвалась в ванную и помогла мне немного привести себя в порядок.
– Как долго тебе плохо, милая? Несколько часов, весь день или только сейчас?
В маме сразу проснулась медсестра.
– Почти весь день, мне то становилось легче, то снова плохо, – простонала я, прижавшись лбом к ванной.
Нахмурившись, мама коснулась моего лба.
– Милая, ты вся горишь. – Она схватила полотенце и намочила его водой. – Мне, наверное, надо позвонить на работу…
– Нет, не надо. Я справлюсь. – Взяв у нее полотенце, я приложила его ко лбу. Прохлада казалась блаженством. – Это всего лишь простуда. Мне уже гораздо лучше.
Мама кудахтала надо мной до тех пор, пока я не смогла подняться и принять душ. Переодевание в ночнушку с длинными рукавами заняло уйму времени. Пока я забиралась под одеяло, комната кружилась перед моими глазами. Закрыв глаза, я ждала, когда подойдет мама.
– Оставляю здесь твой телефон и графин с водой. – Она поставила все перечисленное на стол и села рядом со мной. – Открой рот.
Приоткрыв один глаз, я увидела прямо перед своим носом термометр. Вздохнув, я послушно разинула рот.
– Посмотрим, какая температура, тогда и решим, остаюсь я дома или нет, – произнесла она. – Возможно, это всего лишь простуда, но…
– М-м-м, – промычала я.
Она выразительно взглянула на меня и продолжала ждать, пока термометр не запищал.
– Тридцать восемь и пять. Я хочу, чтобы ты это выпила. – Сделав паузу, она протянула мне две пилюли, которые я безропотно проглотила. – Температура не столь высокая, как я боялась, но тебе следует оставаться в постели и отдыхать. Я позвоню, узнать, как ты… не позже десяти, хорошо?
Я кивнула и сразу же уткнулась лицом в подушку. Сон – единственное, что мне было сейчас нужно. Мама намочила очередное полотенце и положила его мне на лоб. Закрыв глаза, я была почти уверена, что уже достигла первого уровня зомби-инфицирования.
Мой мозг обволакивал странный туман. Я провалилась в сон, проснувшись только один раз, когда позвонила мама, а потом заснула снова. Очнулась я только далеко за полночь, чувствуя, что моя ночная рубашка промокла насквозь, прилипая к горячей коже. Потянувшись, я хотела было сбросить с себя одеяло, но обнаружила, что оно давно уже валялось где-то в области компьютерного стола.
Когда я наконец смогла приподняться и сесть, мой лоб был мокрым от пота, а сердце колотилось, эхом отдаваясь в голове, тяжело и то и дело сбиваясь с ритма. Мне казалось, оно совершало два удара за раз. Горячая и воспаленная кожа тисками сдавливала мышцы. Я встала на ноги, и комната поплыла перед глазами.
Жар сжигал меня изнутри. Мне казалось, все мои органы превратились в желе. Мои мысли набегали друг на друга, превращаясь в бесконечный хоровод бессмыслицы. Единственное, что я понимала абсолютно четко: мне нужно было
Открытая дверь в коридор манила меня. Я не знала, куда я собиралась идти, но все равно ковыляла по холлу, потом вниз по лестнице. Дверь на улицу казалась маяком, обещавшим освобождение. Снаружи будет прохладно.
Но этого оказалось недостаточно.
Я стояла на пороге, и порывы ветра раздували мою влажную ночную рубашку и мои волосы. Ночное небо сияло яркими созвездиями. Я вгляделась повнимательнее, и деревья, выстроившиеся вдоль дороги, вдруг стали менять цвета: оранжевый, золотой, красный. А потом все смешалось и листья обрели глухой цвет теплой коричневой земли.
Именно в этот момент я осознала, что это всего лишь сон.
Словно в тумане я спустилась вниз по ступеням. Гравий больно врезался в мои босые ступни, но я все равно продолжала идти по освещенной лунным светом дороге. Несколько раз мир перед моими глазами переворачивался вверх тормашками, но я упорно шла вперед.
Совсем скоро передо мной заблестело озеро. Под тусклым светом вода цвета оникса успокаивающе рябила, обещая спасение. Я двинулась вперед, остановившись, только когда пальцы ног погрузились в мокрую грязь. По моей коже пронеслась волна обжигавшего покалывания. Поглощавшего. Оставлявшего клеймо.
– Кэт?
Медленно я обернулась. Ветер вихрем кружил вокруг меня, пока я взирала на призрака. Лунный свет тенями скользил по его лицу, отражаясь в расширившихся ярких глазах. Он не мог быть реальным.
– Что ты делаешь, Котенок? – спросил Дэймон.
Его фигура казалась размытой. Дэймон никогда так не выглядел. Когда он стремительно перемещался, его очертания расплывались, силуэт терял четкость, но не растворялся в воздухе.
– Мне… мне нужно остыть.
В его глазах промелькнуло понимание.
– Не смей заходить в это озеро.
