Скарлет Хутсенрайтер всегда была предметом их разговоров, когда они в обеденный час собирались у себя в учительском холле. Некоторые относились к ней с неприязнью и даже ненавистью, другие, более терпимые, говорили, что она еще очень молода и у нее просто мало жизненного опыта. Мистер Оллард, весьма эрудированный преподаватель социологии, анализировал девочку в терминах психологического императива. «Для такого юного и слабого физически существа она достигла очень многого», – утверждал он, не желая говорить о том, что находит Скарлет очень и очень привлекательной.
– Она девочка неплохая, – поддакивала классная дама Вирц. – В ее натуре нет ничего дурного, хотя поведение, без сомнения, раздражает.
– Да-да, это настоящая маленькая язва, – подхватывала классная дама Беркл. – Она заслуживает хорошей порки.
Итак, поскольку Скарлет по рождению принадлежала к Конверту, а Джейро был всего лишь нимпом, они почти не общались. Да и это общение могло происходить лишь на человеческом, но никак не на социальном уровне. К этому времени Джейро уже начал понимать, что одни девочки почему-то привлекательнее, чем другие, и в первую очередь это относилось именно к Скарлет Хутсенрайтер. Мальчику нравилось ее ловкое маленькое тело и самоуверенность, с которой она выполняла любое дело. К несчастью, его самого находила интересным не Скарлет, а классная дама Адора Вирц, преподавательница математики средних лет. Действительно Джейро был настолько хорош, что бедная учительница с трудом боролась с собой, чтобы не стиснуть его в объятиях, заставив мальчика пищать котенком. Джейро чувствовал ее склонность и предпочитал держаться на расстоянии.
Тем более что Адора Вирц, будучи маленькой, тощей, энергичной дамой с острыми чертами лица и завитушками кирпично-красных варварских волос, отнюдь не обладала физической привлекательностью. Одежду она носила нелепую, чтобы не сказать вообще несуразную – и по цвету, и по фасону. Зато всегда украшала себя десятками звякающих браслетов сразу на обеих руках. В социальном плане Адора добралась до Парнасца, клуба людей среднего класса, но на этом и застряла, ибо как она ни стремилась попасть в клуб следующей ступени – Охотничий барабан, – все было напрасно. Что уж и говорить об авангардистской Черной Шляпе.
В один прекрасный день Адора Вирц осторожно отвела Джейро в сторонку.
– На пару слов, с твоего позволения. Я все-таки хочу вознаградить свое любопытство.
Преподавательница отвела Джейро в пустой класс и, перегнувшись через парту, какое-то время изучала его молча.
– Известно ли тебе, Джейро, что задания ты выполняешь превосходно. Я не вру. Порой они не только правильно выполнены, но еще и безупречно элегантны.
– Спасибо. Я всегда стараюсь сделать работу как можно лучше.
– Это видно. Мистер Баскин говорит, что твои сочинения превосходны, хотя ты и пользуешься всегда какими-то отвлеченными понятиями и никогда не выражаешь собственную точку зрения. Почему?
– Я не люблю писать о себе и о своем, – пожал плечами Джейро.
– Это я и так знаю! – хлопнула в ладоши Вирц. – Но я спрашиваю о причинах.
– Если я стану писать о себе, любой сможет заподозрить меня в тщеславии.
– Ну и что? Скарлет Хутсенрайтер пишет о себе невообразимые вещи и совсем не думает о том, понравится это кому-нибудь или нет. Она вообще плюет на всякие запреты.
– |И я должен писать, как она? – удивился Джейро.
– |Нет, – вздохнула классная дама. – Но ты можешь изменить свою точку зрения. Сейчас ты пишешь как гордый отшельник. Почему ты стараешься выпасть из течения, я имею в виду, социального?
– |Может быть, именно потому, что я действительно гордый отшельник, – улыбнулся Джейро. Вирц изобразила печальную мину.
– А знаешь ли ты в действительности, что значат эти слова?
– Я полагаю, что они напоминают члена Конверта, который никогда не платит своего взноса.
Вирц отвернулась к окну, а когда снова поглядела на мальчика, заметила:
– Я хочу объяснить тебе нечто очень важное. Пожалуйста, выслушай меня со всем вниманием, на которое способен.
– Я весь внимание, мадам.
– Ты не можешь вступить в настоящую жизнь, не отдавая своих сил восхождению по социальной лестнице.
Джейро улыбался и молчал, а Адора Вирц боролась с трудно преодолимым желанием взъерошить его черные волосы. Если бы она могла заполучить такого красавчика в свое полное распоряжение, что бы она из него сделала!
– Насколько я знаю, твои родители – простые сотрудники Института.
– Да.
– И они – нимпы, так? Конечно, ничего плохого в этом нет, – поторопилась учительница ободрить мальчика. – Хотя я сама предпочитаю карабкаться все-таки вверх по склону, каким бы смешным это ни казалось на твой взгляд. Но ты сам? Ведь ты сам, конечно, не собираешься остаться нимпом. А ведь именно теперь и наступает пора, когда нужно заносить ногу на первую ступень. И этот первый шаг обычно идет через Лигу Молодежной Службы. Туда может войти всякий, так что престиж невелик, но все же это очень важная и полезная ступень для прохождения в более престижные клубы. И почти каждый у нас начинает именно так.
Джейро, улыбаясь, покачал головой.
