Слушая все эти речи, Джейро подумал: Лиссель говорит так холодно и отстранение, словно сожалеет об обещанном вечере и боится, что из этого ничего хорошего не выйдет. Теперь он тоже начинал сомневаться, что сможет умыкнуть ее после концерта, но говорить сейчас об этом не стал. Все-таки в целом его идея превратилась из пустой грезы в достаточно реальный план, в который поначалу не верили ни он, ни она.
Джейро вздохнул. Если девушка все же решит избегнуть с ним более близких отношений, то, наверное, это и к лучшему. Она, конечно, очень хороша, но она человек совершенно другого образа мыслей. Тут юноша вдруг удивился своему неожиданному ощущению: при разговоре по телефону сияющая юность и сексапильность Лиссель в его восприятии совершенно исчезли, сменившись сухой, расчетливой и осторожной личностью. Он вспомнил время, проведенное с ней в школе. Там Лиссель была все такой же хорошенькой и соблазнительной мучительницей, так что в этом смысле она изменилась мало. Но ни тогда, ни сейчас она, конечно, не могла идти ни в какое сравнение со Скарлет Хутсенрайтер, и когда появлялась Скарлет, Лиссель бледнела и терялась. Как странно… Джейро унесся мечтами в прошлое. Милая смелая маленькая Скарлет! Что теперь с нею стало? С тех пор, как она покинула Тайнет, никто не слышал о ней ничего.
Приближался вечер.
Лиссель ему перезвонила с последними наставлениями, и голос ее звучал еще более равнодушно и тихо. Говорила она на этот раз все больше о дяде.
— Он позвал нас, а сам исчез, и это очень разозлило бабушку.
— Может быть, он просто встретил каких-то старых друзей в клубе? — предположил Джейро.
— У него предполагались какие-то важные переговоры, но они должны были закончиться задолго до вечера. Ну да ладно. Ты приходи, а дальше посмотрим. — Но голос, противореча словам, звучал совсем без энтузиазма, словно она надеялась, что юноша в последнюю минуту все-таки откажется от ее приглашения.
— Буду точен, как часы, — заверил ее Джейро.
— Хорошо, но помни, что, может быть, я не смогу уделить тебе столько внимания, на сколько ты надеешься, — после долгой паузы предупредила Лиссель. — На самом деле, если не будет Форби, чтобы облегчить эту задачу, то… — Она оборвала себя на половине фразы. — Словом, могут возникнуть всякие затруднения, поскольку и мать, и бабушка просто помешаны на всяких социальных различиях.
— Да и ладно. У меня есть и свои причины оказаться сегодня на концерте.
— Какие причины? — с явным подозрением попыталась уточнить Лиссель.
— Когда-нибудь, возможно, я тебе расскажу об этом.
— Хорошо. Но, прошу тебя, будь крайне точен, потому что я не смогу ждать тебя ни секундой дольше.
— Тебе не придется этого делать.
Джейро оделся со всей тщательностью, избегая экстравагантности, которая могла быть расценена как фатовство. Не имея пропуска Ассоциации искусств, ему пришлось заплатить за вход в парк и идти к консерватории едва ли не на другой его конец.
В назначенное время компания Лиссель действительно появилась в холле, и Джейро сделал шаг вперед, после чего был представлен. Эта процедура заняла не более пары секунд, и первый шаг оказался вполне удачным. Не было никаких провокационных вопросов и насмешливых взглядов. Вернее, Винци вообще не заметила юношу, а Ида окинула взглядом, хотя и подозрительным, но отнюдь не злобным. Остальные остались просто равнодушны. Форби Милдуна не было видно. Может быть, именно из-за его отсутствия все три женщины семейства Биноков выглядели несколько напряженными и рассеянными. И Джейро понял, если он хочет получить тот вечер, о котором мечтал, он должен вести себя более раскованно и потому позволил появиться на своих губах слегка насмешливой улыбке.
Все стали подниматься наверх, и Лиссель шла в паре с Джейро. Они направились прямо в ложу, тут произошла какая-то заминка, и хриплый голос Винци громом разнесся по залу. Но все быстро уладилось. Достаточно легко Джейро нашел место рядом с Лиссель у самого края ложи, где мало кто мог его заметить. Лиссель держалась совершенно неприступно, поэтому Джейро сидел тихо, наблюдая за окружающими и гадая, что именно заставило девушку столь разительно измениться. Ее лицо казалось бледным и злым, хотя она и выглядела, как обычно, прелестно в своем темно-синем платье с несколькими розовыми и белыми полосами. На голове у нее красовалась вышитая красным и синим бархатная ленточка, с которой на лоб свешивался кабошон из лунного камня.
