- Я поддерживаю метод «своих к своим». Сюда должна прибыть Лунная Гвардия, чтобы мы могли все урегулировать раз и навсегда. Нужно поймать остальных лонгхорнов и в особенности Янника. Пока он на свободе, бои могут повторяться, – сказал он. – А на заутренней, я приглашаю всех на мессу по усопшим нашим братьям. Надеюсь, что придут все.
====== Ландскнехт 29. Против солнца. ======
Война – это катастрофа, разрушающая чей-то мир, помимо обыденного и привычного. Война – это всегда жертва во имя справедливости и мира. А еще война повод узнать на что ты действительно способен, когда льются реки крови и слепой свинец правит бал умелою рукой. И на что способны те, кто пошел за тобой на смерть. Когда они погибают, ты живешь за себя или за них? Кто бы ответил на эти вопросы выжившим.
Еще до восхода солнца, едва мороз коснулся политой кровью земли, на кургане у руки уже возвышался деревянный одр, на котором лежало пятнадцать ландскнехтов. Пятнадцать жертв справедливого мира. Справедливого ли? Никто не ответит. А тот, кто мог бы, уже никогда ничего не скажет. Тела более тридцати лонгхорнов были захоронены в братском саване по уставу Земли. Врагов Земли нельзя было хоронить в Земле, поэтому их временно похоронили в специально вырытой яме. С остальным должны разобраться лунные гвардейцы, которые обещали прибыть через три дня.
Для Салливан было большим испытанием воли и разума наладить связь с Луной и сообщить о том, что здесь произошло. И было огромным облегчением узнать о том, что в Лунной Коалиции теперь другая, более лояльная власть, которая пришлет за место Леднева на переговоры ее хорошего друга – Михаила и троих его людей, одна из которых Ольга Май, та девушка, которая помогала Агнесс попасть в команду пилотов. Миха обещал взять с собой отряд лучших гвардейцев, оружие и на всякий случай «лунный камень», вдруг все еще не кончено с переговорами лонгхорнов. Это была перестраховка, чтобы еще кого не потерять.
Но то, что ее оправдали те, с кем бок-о-бок она сражалась, еще ничего не значило. Сейчас, когда ландскнехты скорбели по своим, Агнесс скорбела с ними, но не факт, что кто-то не нарушит это отчаянное перемирие между ней и кланом Эдвана. Та же Лея, по словам Лизы хитра и коварна, и метит на место самого Эдвана, а Салливан хороший повод показать истинную силу вождя.
Для Лиз же было другое облегчение, не увидеть среди мертвых сегодня Тони. Он все еще боролся за свою жизнь, благодаря в основном Фердинанду. Однако, сегодня к нему и Тимофею присоединился врачеватель из Синих Гор – Владимир Самострел, алтаец-самоед, он во истину творил чудеса медицины. Так же большую помощь оказали сами йерры, которые предоставили помещения и медикаменты, а так же редкие лекарства. А Фатих с Нано по очереди дежурили со стрелами на вышке, выслеживая «недобитых» лонгхорнов и других врагов, которые могли пожаловать.
Удивительным было то, что Эдван сам готовил тела своих братьев к преданию огню.
- Неужели нет никого другого? – поинтересовалась Агнесс у Юры.
- Это по Уставу клана должен делать предводитель. Ему может помочь только тот, кого он выбрал в приемники. А это Тони, который сейчас на перепутье. Тони же избрал своей правой рукой именно Мириам. А мы все знаем, что Мири теперь в стране вечной охоты. Так что, Эдван все правильно делает, он показывает свою преданность клану.
- Значит, мы все должны просто смотреть и ждать?
- Да, – коротко ответил Юра и замолк, сложив руки за спиной.
Должно быть Устав предполагает и не такое. Но тогда выходит, что быть вождем клана не так уж просто, как могло показаться на первый взгляд Салливан.
До рассвете оставалось еще часа два, поэтому Салливан отправилась немного подремать в отведенную ей йеррами келью. Там стояла только жесткая тахта, стол, на котором нетронутая со вчера еда и бутылка минералки. Вместо окна, была небольшая щель вентиляции и тусклый свет способствовавший сну.
Но Агнесс все равно не спалось. Она думала о беглянке, у которой ведь кто-то был, и возможно этот кто-то прилетит на Землю для того, чтобы отомстить. И придется с ним сразиться. Или с ней, что еще хуже. Ей всегда было сложно сражаться против женщин. С мужчинами проще, к ним много ненависти было. Да и осталось.
Лиза возникла на пороге незакрытой двери неожиданно. Хотя, Агнесс подозревала, что она давно там стояла и наблюдала, как Салливан разглядывала оборудование беглянки, которое теперь именно ей придется вернуть тому, кому и тело убиенной.
- Может, расскажешь, что произошло? – прикрывая за собой дверь, спросила Лиз.
На ее лице не было никаких морщин, даже намека на них. Хотя у Агнесс они уже начали появляться, хотя она была моложе Лизы. Ей подумалось, что это от того образа жизни, что вела здесь ландскнехт.
- О чем ты сейчас? – переспросила Агнесс, откладывая походный дневник беглянки, которую звали Линда.
Лиза прошла и села рядом на тахту. Она кивнула на спину, а потом заглянула Салливан в глаза.
- Я про спину спрашиваю. Это сделал Марк?
