Безопасники думаю он нарушил герметичность. Нейроалгоритм определил на станции опасного психопата. Значит будет обычное грубое задержание. Он ведь никого не убил? Пара уколов транков. Изоляция. Отправка в колодец. Орфей — это вотчина Локхит Индастриал. Центральный офис в Вашингтоне. Янки не любят делится опасными психами. Значит на станции его не отдадут. Возможно, на поверхности, но и то не сразу.
Будет досмотр. У него с собой ингалятор и распределитель. Ствол.
Это барахло уйдёт в утилизатор.
В кармане ещё что-то.
Чёрный прямоугольник. Чуть больше ладони.
Джем просил доставить его в Рио.
Прости братишка. Похоже кто-то плеснул слишком много дерьма на вентилятор.
Запрос на связь.
Экран коммуникатора заляпан кровь.
Контакт неизвестен.
Буквы складываются в короткие сообщение: “Используй нейродрайв“
Попытка взлома?
— Хер вам уроды, мой нейродрайв отвязан от несмека! Хотите разговор? Сейчас мы поговорим.
Пальцы цепляют за ухо метал. Команда активации.
Активировать передачу изображений. Зрение раздваивается.
— Курва мать их! Кто ты нахрен такой?
Перед глазами план станции. Красная линия проходит от гостиницы к грузовому доку.
— В Рио, твою мать? Будет тебе Рио.
Ковролин под столом открывается с лёгкостью. Скрип петель технического люка.
Чёрные змеи на синем фоне скользят, скрываются в тёмном зеве.
Здесь нет пыли. Воздух пропитан запахом озона. Очистная система проходит постоянные тройные слепые проверки — это единственный надёжный способ сохранения воздуха в чистоте. Нельзя допустить гибели людей на Орфее. Это уничтожит репутацию корпорации.
Корпоративные интересы превыше жизней.
Технический ход выводит в широкий тоннель. Герметичная затворка срабатывает, перекрывая путь назад.
Теперь можно двигаться в полный рост. Красная линия ведёт по безопасному маршруту.
Повороты и развилки сливаются воедино. Память будто сбивается с бешеного ритма. Не успевает записывать происходящее. Только стук сердца и стук ботинок по металлическому полу.
Это всё из-за двойного зрения. Мозг ещё не привык к такому типу восприятия.
Как будто ты и машина сливаетесь в один организм. Тело, закованное в броне кабины. Бешеная скорость и стук сердца в тишине.
Это воспоминание кажется ложным. Лишь ассоциация. Будто слово что вертится на языке, но ты никак не можешь его вспомнить.
Боже, две тысячи новых юаней за сигарету.
Мелькание фонарей прекращается.
Минуту ничего не происходит.
Затворка отходит в сторону.