Есть люди, которых приключения и за печкой найдут. Писательница Альбина как раз из таких — случайно подслушала разговор об убийстве. Ну как тут остаться в стороне? И Альбина принимается за расследование. Ее не остановят ни угрозы, ни личные проблемы. Берегитесь, преступники!..
Туц-туц-туц, ту-ду-туц-туц…
— Это невыносимо! — рявкнула Люська.
Я согласно кивнула. И правда, наш новый сосед Васька достал уже весь подъезд. Сначала он гиперактивно делал ремонт, пугая кошек шумом дрели и сотрясая стены дома стуком молотка. Причем порывы по обустройству родного гнезда одолевали Василия в то время, когда нормальные люди готовятся отойти ко сну. Еще жильцов нашего подъезда поджидали такие радости, как вечно занятый перевозом мебели лифт, громко матерящиеся грузчики и невероятная грязь.
Но наконец с ремонтом было покончено, и мы, наивные, надеялись на покой. Как бы не так! «Замечательный сосед» решил отметить новоселье по полной, устроив загул, который длится уже вторую неделю. Наши радетельницы общественного порядка, баба Дуся и баба Глаша, от лица всего населения дома пожаловались участковому. Тот пообещал разобраться и отправился к Ваське. Вышел он через час, с подозрительно поплывшим взглядом и зеленой бумажкой, край которой виднелся из кармана куртки. Напевая что-то под нос, он прошел мимо бабусек, сделав вид, что знать их не знает. Больше к нему никто не обращался…
— Это невыносимо, — повторила Люська. — Я сейчас пойду к этому раздолбаю и все ему выскажу! И пусть попробует возразить!
Я закашлялась. Немного есть людей, которые рискнут спорить с Люсьендой, и щуплый Васька к ним уж точно не относится. Дело в том, что моя подружка — это два с лишним метра и сто килограммов очарования, плюс обладает мощным голосом и богатырской силушкой, так что я со своими 175 сэмэ и 65 кило выгляжу на ее фоне муравьем.
— Алька, ты уснула? — гаркнула Люська. — Пошли быстрее!
— Куда? — не поняла я.
— Восстанавливать общественный порядок, — радостно сказала дорогая подруга и поволокла меня на третий этаж, где проживал Василий.
Дверь в квартиру Васьки была приоткрыта, поэтому Люська, ничтоже сумняшеся, пошла на таран. Из глубины квартиры доносились звуки, которые могли бы получиться при содействии пилы, кастрюли и молотка. К ним примешивались лошадиное ржание и женский визг. Очевидно, веселье шло полным ходом.
Люська набрала полную грудь воздуха, намереваясь разобраться с соседом, и шагнула в гостиную, однако застряла в дверях. Встав на цыпочки, я выглянула из-за ее плеча и вытаращила глаза. И было из-за чего! Посреди комнаты стояло существо мужского пола ростом и шириной с пару гардеробов. Волнение Люськи стало мне понятно, потому что впридачу к внушительной комплекции великан обладал пшеничными волосами, ярко-синими глазами и ямочкой на подбородке, а именно такие типажи всегда привлекали мою подружку. Единственным недостатком этих самых типажей было то, что они терялись на фоне Люськиного гренадерского роста. Бедная Люся уже отчаялась найти свой идеал, соответствующий ее габаритам, и вот, сбылась мечта великанши.
Тут в поле моего зрения возник еще один Васькин гость, и на этот раз настал мой черед изумляться. Рядом с Люськиной синеглазой мечтой возник принц из моих девичьих снов — широкоплечий, зеленоглазый, русоволосый, с небольшим шрамом возле уха. Из эстетического шока нас вывел Васька.
— Девчонки, — заголосил он, — давайте к нам, посидим по-человечески…
Мы устроились за столом, причем как-то так получилось — возле своих потенциальных возлюбленных. Васька проворно наполнил рюмки и подал нам.
— За прекрасных дам, — торжественно провозгласил он; немногочисленные прекрасные дамы кокетливо заулыбались. Я посматривала на зеленоглазого красавца и млела, подозреваю, Люська тоже. Потом были еще тосты и рюмки, анекдоты, танцы, снова рюмки… После очередной я почувствовала себя хуже некуда и отправилась искать ванную. Уже взявшись за ручку, я услышала приглушенные голоса.
— Придурок, мать твою, — зло говорил первый, — ничего поручить нельзя… Я не просил его убивать. Сказано было тебе, идиоту, поговорить, все выяснить, прижать, в крайнем случае… А ты что натворил? Кретин!
— Да не хотел я его грохнуть, случайно вышло, — оправдывался второй голос, хриплый. — Ну, перестарался немного…
— Немного, говоришь? Да ты понимаешь, что нас подставил? Мы ничего не узнали — раз, менты нас могут найти — два, заказчик шкуру спустит — три… А если Брюнет узнает, что мы за его спиной дела проворачиваем, представляешь, что будет? Да мы о смерти мечтать начнем…
