Цели политической пропаганды не изменились и позднее, вплоть до конца 1935 года. При этом приоритетной оставалась пропаганда народнохозяйственных задач и достижений СССР. Несколько решений бюро было посвящено мобилизации внимания населения к проходящим осенью 1935 года районным и краевым слетам сталинских ударников. В ходе этой масштабной кампании предполагалось посредством радиочиток и тематических бесед довести до всех колхозников края информацию о деятельности краевого слета. После завершения последнего бюро предписывало местным советским и партийным органам «широко развернуть проработку его решений»[206]. Еще одно решение бюро Севкрайкома ВКП(б) было вызвано директивой Л. М. Кагановича и В. М. Молотова «О форсированной уборке льна». В этом документе бюро потребовало от партийных и советских органов на местах «поднять колхозные массы на основе соцсоревнования и ударничества на досрочную переработку и сдачу льнопродукции государству с тем, чтобы Северный край имел возможность рапортовать ЦК ВКП(б) и Совнаркому СССР о выполнении плана льнозаготовок к 15 октября»[207]. В соответствии с этой задачей развертывалась и массовая агитработа.
Важное значение имела и агитационная кампания, связанная с проведением 18-й годовщины Октябрьской революции. Как и в случае с первомайской кампанией, содержание идей и лозунгов, которые должны были прозвучать в ходе празднования очередной годовщины Великого Октября, в решении Севкрайкома было разделено на определенные блоки[208]. Следует при этом отметить, что настоящее решение бюро почти не отличалось от первомайской директивы не только по своей структуре, но и содержательно. Правда, задача пропаганды хозяйственных достижений СССР в этом решении являлась первоочередной. В первом разделе решения предписывалось вести пропаганду «успехов социалистического строительства», «ставших возможными в результате всемирно-исторической победы социализма под руководством коммунистической партии и вождя трудящихся всего мира тов. Сталина». Нужно отметить, что во всем документе это была вообще единственная отсылка к теме собственно революции. Второй раздел содержал меры по мобилизации трудящихся на выполнение планов IV квартала текущего года второй пятилетки. Третий был посвящен задаче политического воспитания рабочих и колхозников, преодоления пережитков и «превращения [их] в активных строителей бесклассового социалистического общества». В четвертом разделе шла речь о пропаганде решений VII конгресса Коминтерна и значении борьбы за международную солидарность трудящихся, в пятом — о необходимости крепить мощь Красной Армии. Похоже, что в агитационной программе предстоящей кампании был совершенно забыт ее повод. Нельзя сказать даже, что события революции в структуре предполагаемой пропаганды отошли в тень, они вовсе в ней не упоминались.
В конце 1935 года региональное руководство обратилось к пропаганде стахановского движения в крае. Этому сюжету было посвящено два решения бюро. В первом суровой критике подверглись местные партийные организации за недооценку, по мнению краевых чиновников, «огромного хозяйственного и политического значения стахановского движения». Бюро потребовало активизировать работу по пропаганде среди населения методов работы стахановцев. Другое обращение бюро Севкрайкома ВКП(б) было связано с организацией разъяснения широким массам речи И. В. Сталина на Всесоюзном совещании стахановцев промышленности и транспорта[209].
Подводя итог, мы можем констатировать, что на протяжении всего 1935 года в центре внимания руководства Северного края оставалась задача пропаганды успехов и достижений «строительства социализма» и мобилизации населения на выполнение различных производственных планов. В определенной мере это подтверждает наблюдение
