Я «держалась». То есть пошла в больницу и взяла больничный. На работу позвонила через неделю.
– Нагулялась? – спросил Саша.
– Наболелась, – в тон ему ответила я.
– Значит, так. В этом ларьке ты уже не работаешь.
– Догадалась.
– Через неделю открываем ларек у «Волшебницы», выйдешь туда.
Я сразу прикинула: магазин «Волшебница» тоже находился на другом конце города, на кольце другой трамвайной линии. Не работать мне рядом с домом.
– Хорошо.
Не могу сказать, что я сильно расстроилась. Зарплата, конечно, в прежнем ларьке была хорошая, но присутствие Ванечки и остальных начинало действовать на нервы.
Ларек открылся через две недели. Две недели я наслаждалась свободой, отдыхала от мата, перегара и читала книги.
Когда я приехала на смену, ларек стоял без света, как будто в нем никого не было. Я постучала, дверь открыл невысокий парень.
– П-привет, – сказал он, постукивая зубами, и впустил меня внутрь.
Шагнув в темноту, я поняла, почему его зубы стучат – тепла не было, а на улице было минус тридцать пять…
– Долго так сидишь? – спросила я.
– С двух часов ночи, – ответил он.
Парня звали Захар, до этого он работал в ларьке на станции Суховской, которая располагалась в шести километрах от Ангарска, сейчас его перевели в город.
– Свет вдруг пропал. Я ходил по кабелю, но так и не нашел, куда он уходит, кажется на крышу вот этой четырехэтажки, – он ткнул в сторону ближайшего дома.
– Предохранитель смотрел?
– В н-норме. Примешь товар?
– Давай подождем Сашу, вдруг тепло не дадут?
Вскоре появилась напарница Захара Ольга. Это была сорокалетняя разбитная, белокурая женщина, которая, как я позже убедилась, не унывала ни при каких обстоятельствах. Она была невысокой, худенькой, спереди не хватало одного зуба, но это ей совершенно не мешало: она непрестанно смеялась. Раньше она работала бухгалтером, но потом ее сократили, и ей ничего не оставалось, как пойти в ларек.
– Здорово! – почти крикнула она, заходя. – Ну что, тепло дали?
– Кулями, – ответил Захар.
– Ясно, – Ольга взобралась на ящик, закуталась и закурила, – будем ждать Сашу.
Приехавший Саша почесал в затылке, подумал.
– Ладно, принимай смену, вызову электриков, наладят.
– Саша, а кто мой напарник?
– Не знаю, этим Сергей занимался.
– А они кого-то нашли, – вмешалась в разговор Ольга. – Валера там кого-то из своих друзей посоветовал.
– Какой Валера?
– Ну этот… забыла фамилию… Он еще со своей женой в вашем ларьке работает. Раньше еще с ментом работал.
У меня подкосились ноги. Наверное, на лице у меня отразились все переживания, потому что Ольга сказала:
– Не боись! Все нормально будет!
Я не ответила.
В холоде, то и дело отогревая замерзающую ручку дыханием, мы пересчитали товар. Саша быстро привез электриков. Оказалось, кабель перерубили. Пока электрики восстанавливали его, Саша сидел в ларьке. На улице все еще было темно. Неожиданно у ларька затормозила иномарка, задняя дверца открылась, и из машины вылезло что-то большое, толстое, высокое. Оно напялило на себя шапку, расплатилось с водителем и двинулось к ларьку.
– Ну все, абзац, рэкет приехал! – пошутил Саша, открывая дверь.
– Я вас приветствую! – войдя, басом сказало «нечто». Ларек вдруг оказался маленьким, низеньким, у «нечто» было круглое, окладистое лицо и такие же круглые совиные глаза. – Меня зовут Олег, и я буду работать в этом ларьке.
Мы переглянулись.
– Я – Лиана, – представилась я. – Вы будете моим напарником.
«Нечто» искоса глянуло на меня, дернуло плечом.
– Я в курсе…
Да уж, представляю, что ему наговорили…
– А что я стерва, каких мало, не в курсе?
«Нечто» опешило. Саша рассмеялся и взялся за ручку двери.
– Ладно, я поехал, работайте.
Так я познакомилась с Олегом Шаповаловым. Вопреки ожиданиям всех и вся мы, что говорится, посмотрели друг на друга…. и решили, что мы одинаковые. А значит, воевать нам ни к чему да и не из-за чего. Он был спокойным. Вернее, он был спокойным со мной, с остальными он вспыхивал, словно порох. Он выпивал, но это как-то не мешало работе.
– Слушай, я знаю, что ты терпеть не можешь, когда пьют. Но тут уж ничего не поделаешь, я пью, – поставил он меня в известность в первую же смену.
– Много?
– Ну… бутылку.
Я удивленно посмотрела на него.
– Водки?
– Другое я не пью.
Я с тревогой ждала, что же из этого выйдет. Не вышло ровным счетом ничего. Он оказался спокойным пьяницей.
– Я не люблю шума, – сказал он после полбутылки, – мне нужно просто посидеть, поговорить…
Поговорить с ним было интересно. После бутылки он мирно отключался на лежанке. Спал он тихо, как женщина, что было удивительно для такого крупного мужчины. И просыпался, стоило тихо позвать его.
– Олег… Оле-ег, у нас неприятности.
Он просыпался сразу и моментально же «врубался» в ситуацию, какой бы острой она ни была. «Вывозить базар» он умел виртуозно, мог запутать самого прожженного бандюка, и было очень интересно следить за нитью такой вот беседы, когда он ставил «наезжающего» в логический тупик, из которого тот самостоятельно уже не мог выбраться и отваливал от ларька, не солоно хлебавши.
