— В общем так, мужики, я вас не знаю, и то, что вы знаете Илью, мне ни о чем не говорит. Утром приедет хозяин, и мне придется вложить за вас свои деньги, — я специально сказала «мне», потому что Илья явно в расчет не брался. — Так что оставляйте что-нибудь в залог, и ноу проблем.
Парни тихо посовещались, потом один из них снял с себя мастерку, просунул ее в окошко.
— Эта мастерка стоит в два раза больше, чем водка, так что я за ней вернусь, будь спок.
Мастерка в самом деле была дорогой. Они молча забрали водку, сигареты, конфеты и уехали. Илья облегчено вздохнул, покосился на меня.
— Кажется, пронесло.
Я промолчала. С Ильяом я никогда не чувствовала себя в безопасности. Мало того, что он не мог постоять за себя, он, как магнит, притягивал к себе несчастья. Парни появились ближе к утру, часа в четыре, полпятого. Казалось, настроены они были дружелюбно.
— Ну вот, Илья, а ты боялся. Посчитай, сколько мы тебе должны. Сдача есть? Нормально. А напарницу твою как зовут?
— Людмила, — буркнула я, заготовленное для таких случаев имя.
— Очень приятно, Людмила, нельзя же так людям не верить, видите, мы все привезли… Меня Алексеем зовут, — физиономия в окошке улыбнулась, — Вы уж нас запомните, пожалуйста, и в следующий раз не отказывайте. Илья, выйди, дело есть.
Расслабившийся от такого приятного разговора Илья выскочил в темноту. Я слышала, как они зашли за ларек. Потом послышалась возня. Я растерялась. Что мне было делать? Выбежать из ларька и завопить? Я быстро надела кроссовки, почему-то тщательно зашнуровала их, но так и не смогла ни на что решиться. Может, схватить газовый баллончик и забрызгать их? Ага, и Илью тоже… Илья вернулся быстро. Усмехнулся, потер челюсть, на щеке расплывалось красное пятно.
— Умело бьют, сволочи… Без синяков, — глаза его были злыми.
Я промолчала, не зная, что сказать.
— Ты вот что, — сказал Илья, не глядя на меня, — если они тут еще раз появятся, ты не говори, что ты моя жена. Скажи, что просто напарница. Поняла? Они таких жен, как ты, не прощают.
Меня словно обухом по голове ударило. Значит, то, что думают про него эти твари, важнее меня? Здорово! Остаток ночи у меня в голове тикало: «он от меня отказался, он от меня отказался, он от меня отказался…»
Тогда я поняла, что это конец.
К этому моменту мы работали в ларьке почти три месяца. За это время многое изменилось. Буквально через две недели после того, как начал работать Ломакин, уволился Слава — нашел себе работу получше. Олег остался без напарницы, и тут я вспомнила об одной своей знакомой, Светлане. Светлана была ветврачом, работала в какой-то маленькой фирме, однако ей настолько мало платили, что она еле-еле сводила концы с концами и была готова взяться за любую работу. Узнав, что в ларьке неплохо зарабатывают, она попросила меня, как только будет возможность, устроить ее в ночную смену. Ее не пугало то, что работать и днем, и ночью будет тяжело.
— Днем пациентов мало, отосплюсь, — махнула она рукой, на мое предостережение.
Конечно, было бы логичнее, если бы работать с Олегом пошла Лена, но она наотрез отказалась. Мол, она слишком поздно приезжает из Иркутска, и так устает, так устает…
Олег пожал плечами, как бы принимая отказ супруги, и вышел работать со Светланой. В первую же смену Лена приехала после института в ларек, посмотреть, с кем же будет работать ее «Олежек». Увидев хотя и привлекательную, но простую на вид девушку в длинном клетчатом платье с пуговичками впереди, не накрашенную и скромную, она успокоилась. А зря.
События не заставили себя ждать. Буквально через две смены Олег появился в ларьке пьяный и, счастливо улыбаясь, громко, отчетливо сообщил нам о том, что он влюбился в Светлану и уходит от Лены. Сперва я полагала, что он сошел с ума, и отказывалась верить в то, что он говорит. Потом спросила, знает ли Лена.
— Да, — ответил он и снова глупо улыбнулся.
Скажу честно, я всегда полагала, что Ломакин достоин большего, чем быть пажом Лены. Но она крепко держала добычу в своих холеных ручках и не желала ее отпускать. Неужели он, наконец, вышел из повиновения? Через сутки об этой новости знал весь ларек. Новенькая продавщица, заменившая уволившуюся Ирину, Валерия, только ахнула от такой новости.
— Во мужики дают? А?
Валерия была на пару лет старше меня, примерно полгода назад, может чуть больше, от нее ушел муж, и она осталась с четырехлетнем сыном Антоном. История ее была романтической и одновременно заурядной: он заметил ее и стал за ней ухаживать, когда ему было пятнадцать, а ей — семнадцать. Ухаживал с упорством маньяка, и Валерия в конце концов сдалась. В армию он ушел, когда Антошка уже родился. Два года она жила со свекровью и верно ждала мужа. Через год после того, как он вернулся из армии, он ушел к женщине, которая была старше его на двенадцать лет. Я видела его фотографию — огромный, толстогубый юнец с круглыми глазами и тяжелым подбородком странно смотрелся рядом с Валерией.
