Если бы на Луне зародилась цивилизация, то поверили бы её представители, что существует жидкая вода, в которой можно перемещаться без опоры на дно? – Скорее бы, не поверили. А если в плазменной стихии звёзд также существовали бы разумные существа, то согласились бы они с утверждением, что существуют твёрдые тела, а газы могут быть заморожены? – Скорее всего, тоже нет. По аналогии с приведённым выше: знаем ли мы все явления во Вселенной? Тем более, что есть явное противоречие между безграничностью пространства и конкретными размерами, пусть даже гигантских, космических тел. Версию пока неизвестного явления, автор и представил в повести, хотя сам сюжет данному явлению не посвящён. Будни и праздники в далёком космосе, возможно, очень похожи на наши земные, и именно о них сюжет фантастической повести.
На межгалактической платформе звездолёта, детища современнейших инженерных разработок, завершался промышленный сбор металлических самородков из состава туманностей, плывущих где – то в самой глубине Млечного Пути. Уже скоро можно будет возвращаться в свою галактику, где на родной Гл'aйзе весь экипаж будут ждать интереснейшие сны, ничем не отличающиеся от яви. Экипаж стандартно состоял из восьми семейных пар, и каждая пара чётко выполняла именно свою миссию. Вот только возможно, что кто – то всё же допустил какую – то ошибку…
Неожиданно связь с Глайзе стала теряться, точнее – капитан Аджаэль ещё видел и слышал диспетчера, а тот его уже нет. Автоматически заработавшие восстановительные операции связь быстро наладили, но лишь на совсем короткий срок, за который Аджаэль успел сообщить о проблеме.
– Да вы хоть знаете, куда вас засасывает? – Закричал в ответ диспетчер, увидев действительную обстановку. – Немедленно поворачивайте назад, а то будет…
После же – сразу пропал звук; с каким – то щелчком пропало и изображение. Хуже того – все восстановительные операции, на этот раз, уже расписались в собственном бессилии, не объясняя при этом, никаких причин!
Возможность управления двигательной системой звездолёта также пропала!
Происходившее напоминало чью – то диверсию, но ведь только что, нигде вокруг не фиксировалось никого и ничего, проявлявшего бы хоть какой – то интерес к их межгалактической платформе.
В итоге, гость из чужой галактики, больше напоминавший собой крохотную планету, с населением из шестнадцати гуманоидных созданий, поплыл по космосу вместе с той туманностью, которая до этого так щедро делилась своими металлическими вкраплениями. Тогда собираемый металл тут же анализировался по всем необходимым параметрам, за исключением самых мелких частиц, которые просто примерзали к кускам покрупнее. Было предположение, что именно они и стали причиной аварийной ситуации, из которой пока ни капитан, ни остальные члены экипажа, не понимали выхода.
Создавалось впечатление, что именно туманность, непонятным образом уверенно тянула платформу за собой и всё увеличивала скорость, поддаваясь неизвестному притяжению. Впереди же, прямо по их курсу, было слишком много звёзд. Такого компактного скопления светил никогда не было в небе над Глайзе, да и вообще в родной галактике, которая, конечно всё же, намного меньше этого гиганта – Млечного Пути. Та аппаратура на платформе, которая пока оставалась исправной, синхронно сообщала, что настоящее движение по курсу определяется суммарной гравитацией огромного звёздного скопления, будто бы накинувшей на чужой грузовой звездолёт своё лассо.
Разумеется, создавшейся ситуации никто не радовался, но все старались, хоть как – то, но исправить состояние бессилия. В конце концов, у них всех всегда оставался один запасной вариант, а именно – вернуться на Глайзе с помощью установки Углового Высвечивания, то есть на малых аппаратах с фотонным управлением, перемещаемых по принципу вращения лучом света. Однако такое означало бы безвозвратную потерю ценного звездолёта, выполняющего такие нужные функции для всех глайзеян.
Однако скоро стало заметно, что твёрдая взвесь, образующая собой туманность, стала обгонять платформу, и ускорение туманности постепенно только увеличивалась. Тогда капитан Аджаэль обратился к остальному экипажу:
– Ну теперь – то мы видим, что потеря управления звездолётом с самой туманностью не связана. Давайте сбросим в космос весь собранный металл, чтобы снизить магнитные колебания. Двигатели платформы после такой операции должны вновь заработать.
Конечно же, вернуться домой ни с чем – означало принести неприятности многим глайзеянам, которые, так или иначе, связаны с производством, ведь полезных ископаемых на нашей планете практически уже нет. Но лучше на время остаться без металла, чем то же самое, да потеряв при этом ещё и современнейший звездолёт. Льеналь, супруга капитана, по своим обязанностям наблюдала за гравитационным фоном вокруг межгалактической платформы, и только она высказала Аджаэлю возражение:
– Моя аппаратура исправно работает. И в момент потери управления звездолётом избыточной гравитации зафиксировано не было. Исправно работает и внешняя защита – можешь, Аджаэль, взглянуть сам. Никакая, даже сверхзвезда, в себя нас не затянет. А когда окажемся у кого – нибудь на орбите, то расходовать энергию звездолёта просто не потребуется, и мы перенаправим её на восстановление связи с Глайзе. А там найдут, как нас выручить.
– Не слишком ли оптимистично, Льеналь? Такого звёздного скопления, к которому мы мчимся, точно нет ни в нашей галактике, ни даже в соседних с нами. И если мы здесь всё же попадём на орбиту вокруг какой – то из этих звезд, то оттуда перемещаться Угловым Высвечиванием будет возможно лишь в пределах Млечного Пути. Суммарная гравитация самой звезды и ближайших к ней светил не позволят нам сделать должного размаха!
