На следующий день после свадьбы молодые обязательно должны были выйти к гостям. К тому же сам король был среди гостей. Аллен обречённо развёл руками, будь его воля, он никуда бы не пошёл.
- Джулия, я зайду за тобой через полчаса. Тебе хватит этого времени, чтобы собраться?
- Я не знаю, - растеряно ответила она.
- В любом случае я буду ждать тебя. Не торопись и не переживай.
- А как же гости?
- Ничего, думаю, они всё поймут и будут к нам снисходительны.
Если Аллен рассчитывал этими словами успокоить молодую жену, то результат получился прямо противоположный. Понимающая улыбка её любимой горничной подлила масла в огонь. Джулия готова была провалиться сквозь землю от смущения. Хорошо ещё, что умелые руки служанки быстро справились с её нежно-голубым пышным платьем и быстро уложили волосы в элегантную причёску.
Аллен ждал её на выходе из покоев.
- У меня самая красивая жена во всём королевстве! Все мужчины в зале просто умрут от зависти, - с гордостью сказал он.
- Я боюсь туда идти, - в панике призналась Джулия.
- Боишься? Почему? - изумился Аллен.
- Все эти гости... Они знают, что мы с тобой... Что у нас..., - она не знала, как это выговорить, сгорая от смущения.
- Джулия, ну конечно они догадываются о том, что здесь произошло, - ласково сказал Аллен, стараясь спрятать улыбку, - Но если тебя это успокоит, то могу тебя уверить, что никто не будет удивляться, потому что с ними иногда такое тоже случается. Не бойся ничего, я же с тобой.
***
Вот уже неделю каждое утро Аллен поднимался рано. Джулия ещё спала. Он старался двигаться как можно тише, чтобы не разбудить её. Аллен испытывал крайнюю степень досады, но ничего не мог изменить. Дело в том, что король решил остаться у них ещё как минимум на три недели. И не просто остаться погостить, а объехать вместе с Алленом все приграничные земли, разработать план укрепления границ и, в довершении ко всему, провести у них в замке переговоры с дерианцами по спорным приграничным территориям. Конечно, можно было понять стремление короля совместить приятное с полезным, но Аллен представлял себе свой медовый месяц совершенно по-другому. Неужели Кевин Тибальд не понимает этого? Аллену сейчас было совсем не до него и не до великих государственных дел. Сказать об этом королю он, конечно, не мог, так что оставалось возмущаться молча.
Обременять жену своими жалобами на жизнь он тоже не захотел. Хотя их отношения стали гораздо менее напряжёнными, чем до свадьбы, но им было еще очень далеко до тех, что были у них до скандала с Вилмой. Джулия больше не гнала его, не обвиняла ни в чём, но была слишком сдержана в проявлении чувств, не было в её отношении к нему прежнего тепла, не было непринуждённого общения, общего веселья. Она была как чужая. Аллен еще раз попытался сломать лёд между ними, спокойно объяснил ей, как всё произошло с тайной о его происхождении, почему он скрыл от неё это. Джулия не спорила с ним, не возражала, не требовала доказательств и, казалось, приняла его объяснения, но он видел, что недоверие никуда не ушло. Её отношение к нему можно было назвать добрососедским, она была вежлива, мила, но и близко его не подпускала к своей душе. Только ночью он мог заставить её снять с себя эту маску, тогда она вновь становилась его Джулией, а не какой-то незнакомкой, вежливо улыбающейся ему одними губами. Но ему этого было мало. Аллена озадачивало и обижало такое упорство. Почему она не хотела ему верить? Он не привык, чтобы его слова подвергались такому упорному сомнению. Чужим людям обычно было достаточно данного им обещания, чтобы доверить жизнь. Он знал цену своему слову, знали об этом и его друзья, и его враги. Только Джулия, которая знает его с детства, почему-то подвергала сомнению его честность и порядочность. За все те годы, что они знакомы, Аллен ни разу её не обманывал, даже в детстве. А теперь вдруг в её глазах стал лгуном. Аллен надеялся, что со временем она всё поймёт и поверит ему. Надо было только запастись терпением.
После короткого завтрака новоиспечённый герцог отправился с королём и его свитой объезжать свои владения.
Джулия смотрела на себя в зеркало и не узнавала. На ней было роскошное бальное платье из серебристого шёлка, в замысловатую причёску были вплетены жемчужины. Несмотря на все волнения прошедшего месяца из зеркала на неё смотрела красивая молодая женщина с горящими глазами и счастливой улыбкой, которую вызывало предвкушение восторга в глазах собственного мужа, когда он её увидит. Собственно ради этого она и старалась. Джулия была с ним счастлива, хотя и его интрижка с Вилмой по-прежнему стояла между ними. Она старалась не думать об его измене, и иногда ей удавалось на время забыть об этом. Особенно легко это было, когда Аллен не сводил с неё восхищённых глаз и не отходил ни на шаг во время увеселительных прогулок и вечеров. На протяжении всего месяца он не выразил и тени недовольства, был с ней ласков, мил и заботлив. Что уж говорить про ночи сладкие, нежные и волшебные.
