– Она короткая. Автор салата, Цезарь Кардини, держал ресторан в маленьком мексиканском городке. Дело было выгодным, потому что в Штатах тогда бушевал сухой закон и хорошенько выпить можно было только в соседней Мексике. Однажды, четвертого июля, в День независимости, в ресторане был, что называется, аншлаг. Но толпа гостей была не просто фермерами или торговцами. Эти люди были из Голливуда.
К досаде Цезаря, в его заведении было много спиртного, но продукты, как назло, кончились, как, в общем, и во всех близлежащих магазинах. У него остались только хлеб, оливковое масло, яйца, сыр пармезан, зеленый салат и ворчестерский соус. Из всего этого повар создал закуску, которую и подал разгоряченным киношникам. Впоследствии закуска получила название «салат «Цезарь», и говорят, что ее автора пригласили поваром в Голливуд.
– Вот, собственно, и все. – Я закончила свой рассказ и обнаружила, что Денис оторвался от экрана и внимательно меня слушает.
– Женя, а откуда вы все это знаете?
– Об этом много пишут в Интернете, Денис, – без тени сомнения ответила я.
– Нужно обязательно посмотреть подробнее, – он встал с дивана, – а рецепт настоящего «Цезаря» там есть?
– В инете все есть, – поддержал меня Сергей, – если хочешь, прогугли этот вопрос сам.
– Я так и сделаю, – кивнул подросток, выключил телевизор и бегом поднялся наверх.
– Я, пожалуй, тоже пойду, – сказала я Сергею, – нужно посмотреть, что там делает Гарик.
Я поднялась наверх и вошла в детскую. Гарик катался на маленьких веревочных качелях, не обращая на меня ни малейшего внимания. Я огляделась вокруг, нашла глазами пуфик и села. Я плохо представляла себе, что мне делать дальше, поэтому достала телефон и подсоединилась к Интернету.
Виола пришла часа через четыре, благоухая парикмахерской, и сразу же проверила, на месте ли я. К тому времени я успела накормить Гарика обедом и уложить спать. Увидев спящего ребенка, она довольно хмыкнула и пошла переодеваться. На этот раз я была ей так рада, что невозможно описать словами. Наконец-то мои мытарства закончились. Еще немного, и я бы взвыла от скуки.
За то время, что я провела с Гариком наедине, я успела перепробовать все способы общения с маленькими детьми и даже рассказала сказку про колобка. Гарик слушал очень внимательно, а потом заснул прямо на полу. Я положила малыша в кроватку и стала ждать Виолу.
Да мне вообще нужно дать медаль за терпение! А Гончарова меня даже не похвалила. Она что, действительно считает, что телохранитель должен уметь развлекать маленьких детей? Хотя что говорить! Вон Сергей взялся готовить салат, хотя в его кулинарных способностях я лично сомневаюсь…
…Какая интересная мелодия. У кого это такой рингтон?
– Алло! Здравствуй, солнышко! – слышно было, как Виола взяла сотовый и принялась болтать обо всякой ерунде и хихикать в трубку. Разговор обещал быть долгим, но его прервала я, на минутку заглянув в соседнюю комнату. Улыбка Гончаровой сразу же сползла с лица. – Женя, я вас не звала, – ледяным тоном сказала она, как отрезала, и добавила сладенько в трубку: – Славик, я сейчас не одна, поговорим позже, ладно?
В трубке послышался мужской голос, но слов разобрать было невозможно.
Виола с треском захлопнула свою розовую «раскладушку» и повернулась ко мне.
– Женя, я оставила вас присматривать за ребенком, а не подслушивать телефонные разговоры.
– Вы говорили громко, ни от кого не таясь, и я не предполагала, что это какой-то секрет. – Секрет не секрет, а флиртовать с мужчинами сразу после гибели мужа не совсем прилично.
– Громко или не громко, вас не касается. Я в своем доме и могу делать все, что сочту нужным!
Оказывается, у этой женщины есть характер, и все ее страхи, о которых она говорила мне при первой встрече, скорее, надуманные. Интересно, с кем она разговаривала. Какой-то Славик. Может, это и есть ее любовник? Но если она так боится, что наняла телохранителя, никакие Славики не должны появляться в ее жизни, пока все не разрешится. До тех пор, пока семья Гончаровых не будет избавлена от страха за детей. Об этом я и сказала Виоле, на что та демонстративно заявила:
– Евгения, это мое личное дело. А мои личные дела к вам отношения не имеют.
– Но вы сказали мне, что жизнь вашего ребенка в опасности. – Я немного преувеличила, но сейчас это прозвучало отнюдь не помпезно. Мадам Гончарова на короткой ноге с неизвестным, а это всегда наводит на определенные мысли.
– Послушайте, какое вам дело до моих друзей? Этот человек не может нас обидеть. Я за это ручаюсь, – в голосе Виолы звучала досада.
– Сейчас нельзя ни за кого ручаться, раз дети в опасности. Вздохнуть свободно можно будет только после того, как выяснятся все обстоятельства. – Я не стала афишировать себя как детектива-любителя, но Гончарова все поняла.
– Так мы еще и детектив? – она хохотнула. – Мисс Марпл, так сказать, тарасовского масштаба? Слышала я о ваших похождениях, но люди чего только не скажут. Не верю я в эти ваши таланты. Вы просто слишком любопытны, вот и все. Лезете куда вас не просят… Может, вы и слухи о себе сами распускаете?
