— И увезу обратно в загородное поместье. Будешь сидеть под замком. И не дай Высшие Изначальные снова меня разозлить. Иначе… — мужской голос упал до хрипоты, — придётся заново учить тебя хорошим манерам. А у меня тяжелая рука.
Мир подёрнулся темнотой. Страшный кошмар: тот, от какого бежала на крайний Север, о каком даже думать боялась — настиг и затянул в жуткую черноту. Самый опасный человек Империи только что пригрозил расправой, если посмею ему отказать.
— Нет, — простонала, зажмуриваясь.
Слова вылетели случайно, еще до того, как успела понять.
— Нет?!
Маг разума рванул через порог, но через три шага ударился о магический барьер. Зашипев, отшатнулся. В меня уперся палец в перчатке.
— Пока ты под защитой и я не могу до тебя добраться. Но рано или поздно Мальер отправит пациентку восвояси. Уж не знаю, чем ты его зацепила, что он отвел тебе личные покои. Как бы там ни было, я — твой законный опекун. И только я имею право тобой распоряжаться. Ректор уже осведомлен о подлоге. Выдавать себя за мальчишку… очень изобретательно, Анжелина. И очень глупо. Документы на твоё отчисление готовы.
Я вздрогнула. Пальцы впились в сведенные плечи.
Надежды рушились прямо на глазах и все из-за подлого недоброжелателя, подстроившего ловушку. Уж лучше бы я погибла в зазеркалье в когтях злобного монстра. Потому что монстр передо мной намного страшнее и изобретательнее. Если снова запрёт в поместье, живой я оттуда не выберусь.
— Не поеду, — шептала, мотая головой.
— Поедешь, — прохрипел нетерпимо. — Я в Академии не только из-за тебя, но и ради расследования. Один взмах руки и из потерпевшей — превратишься в главную подозреваемую.
— Я?
— А кто прятался все эти месяцы под чужой внешностью? Уже одно это — достаточный мотив для преступления. Сначала твою иллюзию раскусил Рик и ты его устранила, потом — преподавательница Ори. Последним стал Винсан. Вот только с герцогом у вас сразу не сложились отношения и, чтобы заранее отвести от себя подозрения, ты провернула эту историю с ловушкой.
— Ложь! — Крикнула я.
Невероятно, как Дилайн мастерски сплёл концы с концами. Рассказ был складным и очень логичным. Волей не волей, поверишь, что все ниточки ведут к одной наглой девице-обманщице, претворявшейся мальчишкой.
— Я никого не убивала.
Опекун стряхнул с рукава пушинку.
— Я считаю иначе. И вскоре озвучу свои подозрения ректору, а потом в столичной конторе. Однажды ты уже чуть не убила человека. Дело закрыто, но его легко возобновить.
Вспомнив похотливую физиономию сына барона, передернулась:
— То была случайность. Вы сами сказали.
— Как знать, — насмешливо, с превосходством. — Имей в виду, за два спланированных убийства и покушение на третье, судьи приговорят тебя к казни. Или, — он опалил горячим взглядом, — можно поехать со мной.
Я чувствовала себя припертой к стене.
Что делать? Как вырваться из цепких рук жестокого опекуна?
Было больно и страшно, и все равно помотала головой:
— Не поеду.
Дилайн рассвирепел:
— Да я тебя в порошок сотру, непослушная дрянь…
Молнией кинулся к барьеру, думая сломить магические плетения, и тут у него за спиной мелькнула высокая тень. На всю спальню грозно прозвучало:
— Не смейте разговаривать с моей женой в таком тоне.
Сначала повеяло пустынным жаром, и только потом вошёл Мальер.
Янтарь в глазах пылает, челюсть сжата, смертоносный взгляд сверлит дознавателя. Я и прежде видела мужа в ярости, но сейчас испугалась как никогда. Темная дымка окутывала стройную фигуру, ластясь к опущенным, обманчиво расслабленным рукам и издавала чуть слышное шипение.
Древняя магия Арруана? Сталкиваюсь с подобным впервые.
Дилайн, ощутив спиной опасного противника, подался к косяку и поперхнулся на вдохе.
— Жена?
Этот наглый, жестокий человек был ошеломлён.
— Совершенно верно, — прорычал Мальер. — И только что вы ее оскорбили.
Я, право слово, растерялась. И даже не шелохнулась, когда Рэн подошел и поцеловал меня в щеку. Теплая рука легла на талию, второй он приподнял мне подбородок и заглянул прямо в глаза.
— Ты еще очень слаба, Анжелина. Зачем поднялась с кровати?
Чистый переливчатый янтарь рассыпал по лицу теплые брызги.
Пусть он мой законный супруг и я ему принадлежу то, как его пальцы игриво поглаживают спину сквозь шелковый пеньюар, разжигало грудь пленительной сладостью. А еще я поняла, что краснею.
Дилайн всё видит! Липнет к косяку, таращится исподлобья и скрипит зубами, разъяренный и униженный. Он вытащил меня со дна, дал шанс, а я сбежала. Но ведь он сам виноват, напомнила совесть. Обманул, спрятал ото всех и стал ждать совершеннолетия, чтобы… убить.
В голове вертелись обрывки воспоминаний, тело как-то резко ослабело. Наверное, я начала оседать, потому что Рэн обнял за талию и снова поцеловал. На этот раз в губы. Едва ощутимо. Коснулся нежно, оставляя на коже бесподобный лимонный аромат.
— Какая к Низшему жена? — Дилайн опомнился. — Вот эта нищая лживая девка?
Муж до мурашек медленно повернул голову и смерил дознавателя ледяными глазами.
