Лориэль повернулась на голос и кивнула. В комнату протиснулись обе, Жанни прикрыла дверь. Обе малышки в своих цветастых детских пижамках и с мягкими игрушками-белочками в руках, наследие еще от дочерей Мири. Девочки залезли на кровать, перебрались через маму и устроились у стеночки. Пока Лориэль укрывала их, обе уже уснули. Так и сопели всю ночь.
Утро как утро, если в доме школьная наставница. После хорошего завтрака малышню усадили делать уроки. Старшие чего посложнее, а мелкие, к великому своему неудовольствию, сели учить буквы.
Запиликал мягким звуком домашний терминал, Лориэль сильно удивилась, по нему редко кто звонил. Еще больше удивилась, когда матушка позвала ее. На экране незнакомая девица, за спиной на стене знак института имплантологии.
- Добрых дел, кандар Лориэль. Профессор Серенга просит вас подъехать после обеда.
- А где профессор Ниманаэль?
- По состоянию здоровья уважаемая Ниманаэль больше не занимается практикой. Всех пациентов сейчас ведет профессор Серенга.
- Ясно. Я планировала прийти дней через десять.
- Понимаю, но профессор просила поторопиться. Сказала это очень важно. Вас устроит сегодня в половину третьего?
- Лучше ровно в три.
- Конечно. Записываю вас ровно на три часа. Просим исключить прием спиртного и кофейных напитков до обследования. Добрых дел.
Терминал выключился. Лориэль почесала ухо. Нейро-оптический интерфейс из военной сферы, поэтому просьба равна приказу. Просто так бы никто не дергал, флот не любит, когда что-то происходит просто так.
- Мам, а моя машина на ходу? – спросила Лориэль.
- А чего ей будет? На ходу. Мири ее раз в полгода на сервис отгоняет.
Лориэль прикинула сколько ехать до института. Отделения у него по всей планете, но тут самый большой, где все операции и проводят. Часа за три должна добраться.
Она приехала чуть раньше. Оставила машину на свободном месте и вышла. Знакомое тут все. Высокий забор из стальных копий между толстыми колоннами из кирпича выглядит красиво и монументально. Огромные ворота за парковкой, большая бесцветная будка службы контроля, а дальше ничего не видно. Много высоких деревьев, а где-то за ними шесть больших корпусов института. Лориэль когда-то побывала в каждом и отлично знала, что тут и где. Узнали ее и на пропускном пункте, но порядка ради все равно попросили кандарскую карту.
По дорожке, выложенной длинным плоским камнем, она подошла к корпусу номер 2, где проводилась большая часть предварительных исследований. Тяжелая монументальная дверь с огромной метровой ручкой открылась очень легко и плавно. Внутри ничего монументального, строгий набор серого и белого как в любом медицинском учреждении. Лориэль не успела дойти до регистратуры, а к ней уже вышла девушка в белом халате.
- Добрых дел, кандар. Прошу за мной.
И кабинет не изменился, Лориэль провела тут не один час в ожидании и на осмотрах. Потолки тут огромные, метров пять. Когда лежишь на кушетке и смотришь куда-то вверх, кажется всё просторным. Из нового только оборудование, раньше оно было крупнее, а теперь больше мониторов. В остальном же ничего не изменилось, даже шторы на окнах.
Профессор Серенга оказалась красивой дамой моложе средних лет, точнее сложно сказать. Профессорский халат очень подходил к ее серому-белому меху с геометрически правильными темными полосами на лице. Глаза у профессора огромные и голубые, было в ее взгляде что-то успокаивающее.
- Добрых дел, кандар.
- Добрых дел, - ответила Лориэль.
Жестком профессор предложила лечь на кушетку, а сама устроилась рядом на высоком стуле. В комнату вошли две помощницы в масках и начали готовить оборудование.
- Вопроса два, - начала профессор. – Странная инфекция в левом ухе, я просмотрела все отчеты с места вашей службы. Ничего не беспокоит? Головокружение, тошнота, зуд?
- В первый день по прилету на Эм-Семь было несколько дней. После ничего такого.
- Ясно. Головные боли от импланта?
- Последние полгода ничего.
- Хорошо, - профессор кивнула. – Проведем полное обследование. Инфекция на границе с зоной импланта. Проверим. Затем приступим к второму этапу. Наберем биологический материал и подготовимся ко второму расширению.
- Расширению? – удивилась Лориэль. Она почувствовала, как у нее зашевелились уши.
- Да. Сейчас у нас есть возможность разработать биооснову для расширения вашего импланта. Это снизит нагрузку на затылочные области и ускорит сам интерфейс.
- Погодите, профессор. В прошлый раз мне голову вскрывали. У меня отпуск всегда пятнадцать дней, уже четырнадцать. Я на службе.
- Упустила этот момент, - Серенга улыбнулась, но глаза ее остались спокойными. – Будет достаточно небольшой области в затылочной части, в полном раскрытии нет необходимости. С регенерином госпитализация на сутки после операции. В остальном же все в домашних условиях пройдет за сутки-трое. Дополнительной настройки имплант не потребует.
- Звучит слишком красиво, - вздохнула Лориэль. – Это же затылок под чистую выбрить придется?
- Небольшую область где-то пятнадцать на пятнадцать миллиметров.
- Ясно. Опять с дыркой ходить.