- В четвертом корпусе. Комната без номера на втором этаже. Там на стенах еще такие забавные обои с белками и хвойными ветками.
- Когда это случилось? День, время?
- Ну, день, это просто, - Лориэль точно назвала дату.
- Вы даже не задумались, - недоверчиво сказала профессор.
- Ничего сложно, профессор. День рождения моих девочек и ровно полгода.
- А время?
- Так… - Лориэль призадумалась. – Когда заходили в корпус, время было десять часов одиннадцать минут. А наверху в комнате часов не было. Что там с протезами, профессор?
- Через нейро-оптический интерфейс мы генерируем сигналы для нервной системы. Грубо говоря, мы ее обманываем. В определенных условиях мы в состоянии вернуть слух, зрение, нивелировать серьезную травму позвоночника. Или заставить искусственную конечность двигаться как живую. Ну, как вам прогресс?
- Пытаюсь переварить, - ответила Лориэль, задумчиво разглядывая надписи на установке перед собой.
- Не впечатляет разве?
- Наоборот. Очень.
- Это еще не все. Мы можем вылечить и часть серьезных травм мозга или врожденные пороки развития, например, некоторые виды церебральных заболеваний или аутизма. В пилоты после этого все равно не возьмут, но заболевание отступит.
- Кстати, про пилотов, профессор. Отпуск заканчивается, мне нужно разрешение на полеты.
- Разве у вас его отнимали?
- Я сама не полезу в кабину, если от вас не будет разрешения.
- Разумно. Так, достаточно. Никаких отклонений не вижу, все центры работают нормально.
Лежак выехал из установки. Профессор подошла, подсветила фонариком Лориэль в глаза, проверила уши.
- Хорошо, - сказала она в итоге.
Следом обычные процедуры, взяли все анализы какие остались. Обвешали датчиками и загнали на беговую дорожку, после в бассейн. Там на соседних дорожках занимались с пациентами, водные процедуры хорошее средство для адаптации, особенно после потери конечностей. У тех, кто был рядом, похоже, дела шли к выздоровлению.
Лориэль проплыла бассейн двадцать раз, пока ее не вытащили из воды и не сняли все показания и тут же еще раз поставили на беговую дорожку.
- Мне бы такое сердце, - вздохнула профессор, просматривая результаты. – Так, теплый душ, сушилка и в тихую комнату.
Для любого пилота тест на слух самое ужасное испытание. В комнате настолько тихо, что уши начинают болеть. Тут прекрасное деревянное покрытие у стен, никакого эха, никаких посторонних звуков. Перед окном метр на метр небольшое кресло и все. На правом подлокотнике кнопка, которую нужно нажимать, когда в комнате появляется звук на разных частотах. Лориэль несколько раз не нажала кнопку, что-то было в ушах постороннее, что-то не родное.
Профессор показала ей планшет с результатами проверки:
- Мне даже скрывать нечего. На моей памяти за последние шесть лет вы первая, кто в трех случаях из трех определил фантомный звук. Перед этим подается частота-раздражитель, в итоге частот нет, просто реакция барабанных перепонок. Так что результаты более чем. Поздравляю.
- В прошлый раз дважды промахнулась, – улыбнулась Лориэль. - Могу надеяться на летную карту?
- Идемте. Остались формальности, и я вас отпускаю.
Лориэль вздохнула с облегчением, когда профессор Серенга протянула ей действующую летную карту. Теперь полгода по медицине никто не дернет, что тоже большой плюс. Из института она выходила, радостно подпрыгивая как школьница после выпускного. Настроение отличное. Все испортила машина. Двигатель хрюкнул и замолк сразу на старте. Охрана на пропускном пункте заметили проблему и помогли. Притащили внешний стартер и помогли завестись, но вместо сервиса Лориэль поехала сразу домой. Утром сама полезла разбираться.
Энергонные двигатели вещь несложная, но преобразователь молчал. До него напряжение есть. Это плохо. Преобразователь стоит прилично.
Возле дома остановилась машина. Лориэль осторожно вылезла из-под капота, чтобы не удариться головой.
- Я к ней в гости, а она мне задницей светит!
Лориэль не поверила глазам. Мастер собственной персоной на обычном армейском внедорожнике. Внутри водитель и еще кто-то.
- Мастер Хирондель?! – она козырнула гостье. – Добрых дел.
- Добрых, Иволга, - мастер подошла и протянула руку. – Смотрю, скучаешь?
- Последние дни отпуска, мастер.
- Ничего подобного. Отменяю, - мастер указала на левый глаз, где у нее тоже был оптический интерфейс. – Одна наша знакомая профессорша сказала, что выдала летную карту. Так что хвост поднять и бегом, дел много. Поймешь на месте.
- Мастер, у меня предписание…
- Через два дня, знаю, - Хирондель кивнула. – Машины новые. Совсем новые. Можем не успеть.
- Вот как… - Лориэль почесала ухо.
Дверь открылась и на порог вышла Мири:
- Лори, все хо… Ох! Добрых дел, мастер!
- И вам добрых, наставница! – Хирондель кивнула на Лориэль. – Ваша сестра непослушная, воздействуйте!
- Она от восторга, - парировала Мири.
- Собирайся, Иволга, - сказала мастер. – Приказ на отмену уже в штабе, и налет я вам пробила всем, зачтут как боевой.
- Благодарю, - ответила Лориэль. - Мне с вами ехать надо, а то с машиной беда.