Латинская Романия полностью

Во всех областях Латинской Романии народная поэзия (баллады, сказания, песни-трагуди, грубоватая, но меткая сатира) постоянно питала «высокую» литературу. Связь между ними на Крите, как и на Кипре, была тесной и плодотворной. В трагуди и эпосе, нередко создаваемых в Латинской Романии на базе «Дигениса Акрита», нашли отражение условия жизни и устремления греческого народа. Характерный пример — «Песнь о Генрихе Фландрском»[366]. Ее версия связана главным образом с Критом и Корфу. Император Генрих — довольно популярная фигура. Недаром он заменяет в «Песне» таких героев, как Дигенис или Александр. Скорее, всего, это объяснимо его веротерпимостью и лояльным отношением к греческим подданным, которых он нередко брал под защиту от непомерного униатского рвения папских легатов и латинского духовенства. Был Генрих и доблестным воином, которого стихотворная греческая хроника Ефрема назвала «вторым Аресом»[367]. В Сен-Вертинской хронике зафиксировано Предание, что Генрих I в возрасте 39 лет был отравлен своей женой, дочерью болгарского царя Борила[368]. А в «Песне» рассказывается о том, что доблестный король Эррик украл невесту, прекрасную Елену, и был убит ею, так как она не желала вступать в брак с поработителем отечества. Песнь написана рифмованным политическим стихом и в разных версиях содержит от 40 до 60 строк.

В другом интересном греческом стихотворении XV в. безыменный поэт восхваляет Венецию как связующее звено между греками и Западной Европой, воспевая ее дворцы и базилики (упоминая между прочим и знаменитых коней Лисиппа, увезенных крестоносцами из Константинополя)[369].

Становление культуры Латинской Романии было длительным и противоречивым процессом. В нем участвовали различные элементы, вступавшие друг с другом в сложные отношения, обусловленные конкретной культурно-исторической средой и обстановкой каждого района Романии. Далеко не всегда происходил синтез культур; далеко не всегда даже там, где он происходил, он был органичным и завершенным. Гораздо чаще он прерывался на полпути с изменением исторических судеб той или иной территории, с византийской «реконкистой» или османским завоеванием. Нередко иноземное владычество, особенно вначале, тормозило и консервировало развитие искусства и литературы. И только длительное пребывание латинян на греческой земле, их «врастание» в местную среду, с одной стороны, и интегрирование греков в новые системы социальных и экономических связей — с другой, приводили к более длительному и плодотворному культурному сотрудничеству, взаимообогащению духовными ценностями. Такие процессы порождались глубокой социальной трансформацией как греческого, так и латинского общества. Иногда, как, например, на Крите в ХV–ХVІІ вв., в результате этих процессов создавалось подлинно высокое и оригинальное искусство. В других случаях возникали лишь отдельные элементы нового. Эллинизируясь, латиняне проникались обаянием греческого гения, принимали язык народа, среди которого жили, и нередко, в свою очередь, вносили свежую струю в ограниченную прежде рамками византийского ойкуменизма и осознанием собственной исключительности культуру империи ромеев.

Латинской Романии принадлежит выдающаяся и еще не вполне По достоинству оцененная роль в передаче достояния античной и византийской цивилизации западноевропейской культуре, и прежде всего Культуре итальянского Возрождения.