— Хватит! Надоело! Вам хорошо говорить. Не вас же вышибут из интерната, а меня. Поучают и поучают. Вы оба рассуждаете, точно как Заэль, а ее нытьем я уже давно сыта по горло!
Кая и Лукас обиженно замолчали.
Лаура от злости швырнула в воду еще один камень и, возмущенная, заметалась по берегу. Наконец она остановилась и стала смотреть на водную гладь. Небольшой ветерок поднимал на поверхности озера мелкую рябь, волны плескались о берег и лизали носки ее сапог. Одинокая утка тяжело пролетела над самой водой и бесшумно приземлилась неподалеку. Остров в центре озера был окутан облаком негустого тумана, контуры которого в легком дуновении бриза постоянно менялись.
Лукас вопросительно посмотрел на Каю, та согласно кивнула. Тогда он подошел к сестре и остановился рядом с ней.
Лаура не обращала на него внимания.
Лукас вздохнул.
— Я понимаю, ты расстроена, и все-таки нельзя опускать руки, — сказал он. — Или ты забыла, что нам всегда говорил папа?
Лаура рывком подняла голову и округлившимися глазами взглянула на брата.
Лукас смотрел на нее с доброй улыбкой.
— Вот видишь, не забыла. «Побеждает тот, кто не сдается!» — говорил он, когда мы расстраивались и раскисали, как ты сейчас. Папе наверняка не понравилось бы, если бы он узнал, что ты вот так запросто рассталась с интернатом и даже не попыталась продолжить борьбу!
Лаура вздохнула. Она отвернулась и снова стала молча наблюдать за озером. Ей вдруг стало совершенно ясно, что Лукас, как всегда, прав. Когда она снова взглянула на брата, глаза ее влажно блестели.
— Спасибо, что напомнил! — тихо сказала она. — Прости, что накричала на вас.
— Ничего, — ответил Лукас.
— Все в порядке, — приветливо улыбнулась подруге Кая и примирительно погладила ее по плечу.
Лаура быстро смахнула с глаз навернувшиеся слезы и тоже заставила себя улыбнуться.
— Ну хорошо. Обещаю взять себя в руки и каждый день заниматься с тобой математикой!
— Отлично! — радостно воскликнул Лукас.
Но Кая, казалось, не доверяла ее словам:
— Обещаешь?
— Обещаю! Но за это вы должны кое-что для меня сделать.
