Пальцы немного грубо коснулись подбородка, и эллет замерла, боясь даже дышать. — Еще раз нарушишь правило ночной стражи и заступишь с такой прической – я их отрежу!
Тяжелый удар пришелся по голове и разлился болью по всей черепной коробке. Шлем отлетел в сторону, и эльфийка упала на пыльную землю, уперевшись ладонями. Дымка из серой пыли взлетела в воздух, попадая на лицо. Ее пшеничные волосы рассыпались по плечам и сверкнули в лучах закатного солнца. Из толпы послышались единичные охи удивления, что дочь главнокомандующего так легко сдалась. Дыхание Лаирасул было тяжелым и спертым, грудь часто вздымалась, пока девушка отчаянно сражалась с головной болью.
Она пульсировала и давила, пригвоздив эллет к земле. Она испугалась, что сейчас может провалить свой шанс. Ноги дрожали, но она должна была встать, чтобы не потратить время впустую. Столько тренировок, столько потраченных сил и времени могли оказаться ничем и уйти сквозь пальцы, как эти частички серой земли, что эллет так отчаянно сжимала в кулаках. Глубокий вдох, сильный рывок, она встала и с еще большим остервенением накинулась на противника, что на секунду расслабился и подумал, что победил. Лаирасул за несколько приемов уложила эльфа на лопатки и приставила деревянный меч к горлу. Вкус земли и победы отпечатался улыбкой на ее лице.
Трандуил, что наблюдал за происходящим, не дождался пока огласят победителя, покинул тренировочное поле. Все, что ему было нужно, он узнал. Дела королевства не могут ждать, пока десяток воинов подерется на деревянных мечах. Напоследок он шепнул своему главнокомандующему, что хотел бы видеть его и Лаирасул на празднике первого летнего дня.
Эллет искала глазами Владыку, хотела, чтобы он увидел, как отчаянно она боролась и как будет бороться, защищая его жизнь ото всех. Ей не составит труда принять удар стрелы или меча в свою грудь, она без промедления закрыла бы его ото всех бед, от всего чего только могла бы защитить. Сердце оборвалось и полетело вниз, когда его кресло пустовало.
Сотни мыслей влетели в ее голову и жужжали там словно стая пчел: он не видел; ты ему не интересна; ты никогда не будешь достойна быть рядом с ним; никогда король не посмотрит на такую слабачку, как ты, никогда, слабая. Лаирасул проморгалась и ответила улыбкой своему отцу, что горделиво восседал возле пустого трона короля.
Девушка с грустной улыбкой отвечала на поздравления, все это было не важно, если Трандуил не увидел ее в бою — никогда не возьмет ее в свой личный отряд. Значит все зря. Эльфы спутались между друг другом, и эллет совсем не понимала где и кто, и что от нее хотят. Все таки удар в голову пришелся слишком сильным.
— Поздравляю, дочь, — отец приблизился к эллет и мягко приобнял.
— Благодарю, — блондинка кивнула в знак уважения.
Лаирасул прижалась к Полдону, почувствовав дрожь в теле, которая сменилась сильным головокружением и буквально повисла на груди отца, погрузившись в темноту.
— // —
Эллет открыла глаза в своей комнате, но от яркого света сразу же их закрыла. Голова почти не болела, но оставалось мучительное послевкусие, по всей видимости, уже вчерашнего боя.
Она сотни раз дралась на мечах и была одной из лучших эльфиек, владевших луком. Многие эльфы просили ее помощи в постановке руки, в правильности дыхания и самого прицела, и Лаирасул никогда и никому не отказывала. Ей было не сложно, и эллет шла к своей цели, которой был Трандуил.
Не влюбиться в короля Лихолесья было почти невозможно. Он манил к себе эльфиек, словно он самый яркий огонь, но на самом деле он лёд, который не подвластен ни одной из тех, кто находился в замке.
Лаирасул не понимала почему именно этот удар стал таким болезненным. Таким, что она пробыла в отключке некоторое время.
В дверь тихо постучали и, не дождавшись ответа, в комнату эльфийки зашёл отец. Он выглядел крайне веселым и беззаботным, Лаирасул ловила каждую улыбку отца и сохраняла в своей памяти. Растив из дочери воина, он совсем забывал о том, что ей иногда нужно немного тепла.
— Что произошло? — тихо спросила эллет и, приподнявшись, села в более удобную позу.
— Видимо, я слишком измотал тебя тренировками накануне, — отец сел на край кровати и изучал побледневшую дочь взглядом. Он и правда слишком перегнул палку, когда не давал ей спуску многие годы. — Тем не менее, ты придёшь в норму уже к завтрашнему вечеру, тогда же и отправишься на ночную стражу короля.
Лаирасул слушала его речь и смотрела в окно, ей итак было понятно, что она придёт в норму в ближайшее время. Голова уже не беспокоила, но была ломота в теле, что служило побочным действием лекарских трав. Эллет знала, что отец иногда сожалеет о своем напоре и при этом тренирует ее еще больше, но она никак не могла знать, что он скажет в конце предложение.
— Куда отправляюсь? — удивлённо переспросила Лаирасул, не веря своим ушам. Радость моментально разлилась по телу вместе с диким приливом адреналина.
Она ночная стражница короля.
— Ты слышала, девочка моя, — с улыбкой проговорил отец. — Ты смогла это сделать. Я очень горжусь тобой, — Полдон склонился к дочери и мягко поцеловал в лоб. — Владыка сам хотел тебе об этом сообщить, но ты спала.
