Найти нужное место нетрудно. Типично федеральные постройки – миллион ступеней. Словно каждое возведено на вершине горы из лестниц. Колонны. В этом федтипов гораздо больше обычного. Кругом коренастые мужики с зализанными волосами. Наверное, гнездо копов. Охранник у двери – коп до мозга костей, собирается приставать к ней, мол, внутрь с доской нельзя. Как будто у них перед входом есть безопасное место для хранения скейтов.
А коп не унимается. Ничего: И.В. все равно ему не по зубам.
– Вот конверт, – говорит она. – В свой обеденный перерыв можете сами отнести его на девятый этаж. Как жаль, что вам придется подниматься по лестницам.
– Послушай. – Он уже совершенно выходит из себя. – Это же ИОГКО. Штаб-квартира ИОГКО. Ты это понимаешь? Все, что происходит, записывается на видеопленку. В пределах видимости этого здания люди даже не плюют на тротуар. Даже не ругаются. Никто твой скейт не украдет.
– Это еще хуже. Тогда его точно украдут. А потом скажут, дескать, не крали, а конфисковали. Знаю я вас, федералов, вы всегда вечно все конфискуете.
Коп вздыхает. Потом его взгляд теряет осмысленность, а сам он на мгновение затыкается. И.В. понимает, что его вызвали по рации, крохотный наушник которой заткнут ему в ухо – клеймо истинного федерала.
– Ладно, проходи, – говорит он. – Но надо расписаться.
– Разумеется, – отзывается И.В.
Коп протягивает ей книгу росписей, на самом деле ноутбук с электронной ручкой. На экране она пишет «И.В.», после чего эти буквы конвертируются в цифровое изображение, автоматически получают штамп времени и отправляются в большой компьютер штаб-квартиры. И.В. понимает, что ей не пройти через металлоискатель, разве что догола раздеться, поэтому просто перемахивает через стол копа – а что он сделает, застрелит ее? – и со скейтом под мышкой направляется в здание.
– Эй! – слабо протестует он.
– Что, многих агентов ИОГКО ограбили и изнасиловали курьерши? – бросает она через плечо, яростно вдавливая кнопку вызова лифта.
Ждать его приходится вечность. Потеряв терпение, И.В. вместе с остальными федералами тащится по лестнице.
Коп прав: на девятом этаже, похоже, и впрямь штаб-квартира, а может, Центральное полицейское управление. Тут, кажется, все на свете жутковатые мужики в солнечных очках и с зализанными хайерами, за ухом у каждого свисает спиралька телесного цвета. Тут есть даже женщины-федералы. Эти выглядят еще страшнее мужиков. Что женщина готова сделать со своими волосами, чтобы выглядеть профессионально – срань господня! Почему бы просто не надеть мотоциклетный шлем? Его-то по крайней мере снять можно.
И все федералы – и мужчины, и женщины – носят солнечные очки. Без них они кажутся голыми. С тем же успехом могли бы просто без штанов ходить. Увидеть федералов без их стеклышек – все равно что случайно ворваться в мужскую раздевалку.
Офис 968А она находит без труда. Большая часть этажа – море столов. Пронумерованные офисы тянутся вдоль стен и снабжены дверьми с матированными стеклами. У каждого жутковатого мужика, похоже, есть собственный стол, кое-кто ошивается возле своего, остальные бегают по залу или устраивают экспромт-конференции у чужих столов. Белые рубашки у них болезненно чистые. А вот наплечных кобур меньше, чем она ожидала; большинство вооруженных федералов, наверное, послано туда, где раньше были Алабама и Чикаго, конфисковывать у «Купи и Кати» лоскутки бывшей территории Соединенных Штатов или свалки токсических отходов.
Она входит в Офис 968А. В нем четыре федерала, вот только эти чуточку постарше остальных, лет, наверное, под сорок-пятьдесят.
– У меня посылка в этот офис, – говорит И.В.
– Ты И. В.? – спрашивает сидящий за столом главный федерал.
– Вам не полагается знать мое имя, – отвечает И.В. – Откуда вы его знаете?
– Я тебя узнал, – говорит главный федерал. – Я знаком с твоей матерью.
И.В. ему не верит. Но у федералов множество каналов получения информации.
– У вас есть родственники в Афганистане? – спрашивает она.
Мужики обмениваются взглядами, будто говоря: кто-нибудь понимает, что мелет эта девчонка? Но эта фраза не из тех, какие следует понимать. Вообще-то говоря, в комбинезон и доску И.В. загнано множество программ распознавания голоса. «У вас есть родственники в Афганистане?» – кодовая фраза, которая приказывает всей снаряге приготовиться, встряхнуться, проверить себя и навострить электронные уши.
– Вам этот конверт нужен или нет? – спрашивает она.
– Я его возьму, – говорит главный федерал и, встав из-за стола, протягивает руку.
Пройдя до середины комнаты, И.В. протягивает ему конверт. Но вместо того чтобы взять его, он в последнюю минуту бросается вперед и хватает ее за предплечье.
В другой его руке она видит разомкнутые наручники. Ловким движением мужик надевает И.В. на запястье браслет, который со щелчком смыкается поверх манжеты комбинезона.
– Мне очень жаль, что так вышло, И.В., но я должен тебя арестовать, – говорит он.
