– Я велел переоборудовать интерьер, – объясняет Райф. – Это старый советский военный вертолет, спроектированный без учета комфорта. Но такова цена, какую приходится платить за отличную броню.
В вертолете, кроме них, еще двое. Одному лет пятьдесят, он исхудалый, с большими порами, в бифокальных очках в проволочной оправе, а на коленях у него лэптоп. Технарь. Другой – массивный негр с пушкой.
– И.В., – говорит, как всегда, вежливый Л. Боб Райф, – познакомься с Фрэнком Фростом, моим техническим директором, и Тони Майклсом, главой моей службы безопасности.
– Мэм, – тянет Тони.
– Как поживаете? – бормочет Фрэнк.
– Пососи мне пальцы на ногах, – отрезает И.В.
– Не наступайте на это, пожалуйста, – просит Фрэнк.
И.В. опускает взгляд. Забираясь на самое ближнее к двери пустое кресло, она наступила на лежащий на полу сверток. Размером он с телефонный справочник, но неровной формы, очень тяжелый и замотан в пузырчатую упаковку и прозрачный пластик. Она лишь с трудом может различить его содержимое. Что-то светло-красно-коричневое. Покрытое царапинами, словно следы птичьих лап. Твердое как камень.
– Что это? – спрашивает И.В. – Домашний хлеб от мамочки?
– Древний артефакт. – Голос Фрэнка звучит раздраженно. Райф с облегчением хмыкает, довольный тем, что И.В. взялась оскорблять кого-то другого.
Через взлетную палубу бежит, пригибаясь, еще один мужчина, который явно до смерти боится вращающихся с воем лопастей. Новоприбывшему около шестидесяти, а на голове у него красуется уложенная шапочкой шевелюра, которую ветер от винта, кажется, не в силах взлохматить.
– Всем привет, – весело говорит он. – Не уверен, что со всеми тут знаком. Прибыл только сегодня утром и уже назад!
– Кто вы такой? – бурчит Тони.
Лицо новоприбывшего становится удрученным.
– Грег Ричи, – отвечает он.
Потом, когда никто как будто не реагирует, подсказывает:
– Президент Соединенных Штатов.
– О! Извините. Приятно познакомиться, мистер президент. – Тони протягивает ему руку. – Тони Майклс.
– Фрэнк Фрост. – Со скучающим видом Фрэнк тоже протягивает руку.
– На меня внимания не обращайте, – говорит И.В., когда Ричи смотрит в ее сторону. – Я заложница.
– Поднимай эту малышку, – приказывает Райф пилоту. – Полетели в Л. А. Сделаем «Миссия невыполнима» выполнимой.
Лицо у пилота угловатое – проведя несколько дней на Плоту, И.В. научилась распознавать, что это типично для русских. Он начинает возиться с рукоятями. Моторы воют громче, и шлепанье лопастей убыстряется. И.В. чувствует, но не слышит несколько маломощных взрывов. Все остальные их тоже почувствовали, но реагирует только Тони: присев на корточки на полу вертолета, он вытаскивает из-за пазухи пушку и осторожно открывает дверь. Тем временем моторы несколько умеряют громкость, и винт, перестав хлюпать, переходит на холостой режим.
И.В. видит его из окна. Это Хиро. Он весь в копоти и в крови, в одной руке у него пистолет. Он только что пару раз выстрелил в воздух, чтобы привлечь к себе внимание, а теперь отступает, чтобы укрыться за одним из припаркованных вертолетов.
– Ты труп, – орет ему Райф. – Ты застрял на Плоту, придурок. У меня тут миллион мирмидонцев. Ты что, всех их собираешься убить?
– У мечей боеприпасы не кончаются, – кричит в ответ Хиро.
– Ну и чего тебе надо?
– Таблицу. Отдай мне таблицу, тогда можешь взлетать и оставить меня миллиону своих антенноголовых. Если не отдашь мне таблицу, я весь магазин выпущу тебе в ветровое стекло.
– А оно пуленепробиваемое! Ха! – гогочет Райф.
– А вот и нет! – кричит Хиро. – Афганские повстанцы на собственном опыте убедились.
– Он прав, – говорит пилот.
– Треклятое советское дерьмо! – взрывается Райф. – Столько стали пустить на брюхо, а лобовое стекло действительно сделать из стекла?
– Отдай мне таблицу, – говорит Хиро, – иначе и вы здесь останетесь.
– Ты не выстрелишь, – отвечает Райф, – ведь у меня тут феечка.
В последнюю минуту И.В. пытается пригнуться, чтобы Хиро ее не увидел. Ей стыдно. Но на мгновение Хиро встречается с ней взглядом, и на лице его она видит поражение.
Рванувшись к двери, она высовывается на самый ураган от лопастей винтов. Схватив за воротник комбинезона, Тони втаскивает И.В. внутрь, а потом, перевернув на живот, придавливает ей поясницу коленом, чтобы удержать на месте.
Тем временем мотор снова набирает обороты, и через открытую дверь ей видно, как клонится и исчезает из виду горизонт палубы авианосца.
Столько всего пришлось вынести, а она сорвала план. Теперь она в долгу у Хиро.
А может, и нет.
Упершись основанием ладони в край глиняной таблицы, она изо всех сил толкает. Сверток скользит по полу, долю секунды качается на пороге и наконец, кувыркаясь, вылетает из вертолета.
Еще один доставленный сверток, еще один удовлетворенный клиент.
С минуту или две вертолет висит в двадцати футах над палубой. Все внутри смотрят вниз на таблицу, которая выпала из упаковки посреди посадочной мишени. Пластик по углам разорвался, и куски, крупные фрагменты таблицы разлетелись на несколько футов во все стороны.
