Шурик хитро улыбнулся — видел, как я нес улитку. Я почувствовал, что краснею, и быстро кивнул на комикс у него в руках.
— Ну как? Огонь, скажи!
На обложке летела в бой вся команда в доспехах — оборотень Вуффо с нунчаками, гаргулья Миша с луком и стрелами, вампиреныш Коди с рогаткой и, конечно, дракон Дрейкон — впереди всех, с занесенным мечом. Наверху пламенело название «Монстрыцари».
— Первый выпуск жутко крутой, — подтвердил Денис. — Когда они собираются в рыцарскую команду и решают, что будут сражаться со злом и спасать мир!
— Мне нравится, что сначала все считают их злодеями, ну потому что они же монстры, а потом они всех защищают и спасают, и люди понимают, что они герои. — Шурик открыл комикс. — И еще вот.
На первом развороте поперек щита на всю страницу шли строки:
— Их девиз, — кивнул я.
— Мои родители с ума сходят, когда видят у меня комиксы, — грустно вздохнул Шурик. — Сразу: нормальные книги читай! Как будто одно другому мешает!
— Мои только рады, что я вообще хоть что-то читаю, — пожал плечами Денис.
Я ткнул пальцем в страницу.
— У меня мама тоже не фанат комиксов, а вот бабушка сама их любит! Все выпуски мне покупает и меч с доспехами Дрейкона подарила. Да она даже этот девиз наизусть знает, он у нас как пароль!
— Всем бы таких бабушек. — Денис набрал полный рот колы, поперхнулся и облился.
Мы с Шуриком засмеялись.
— Пора двигать, а то электричка скоро. — Я подтолкнул Дениса. — Веди давай.
Он заулыбался, поднял с земли свой велосипед и покатил его в лес.
Мы долго петляли среди деревьев, велики подпрыгивали на корнях и мягко шуршали свежей травой и прелыми листьями. Шурик уже начал обзывать Дениса Сусаниным, как вдруг запахло водой, деревья стали редеть, и в просветы между ними задул ветер.
Я ускорил шаг. Лес неожиданно закончился и вывел нас на плоскую верхушку скалы.
— Говорил же! — хвастливо воскликнул Денис.
Шершавая каменная площадка поросла мхом и травой. Кое-где как робкие остатки леса торчали сосны. Скала громоздилась гигантским каменным носорогом. Из трещин в красноватых валунах росли кусты. Пахло смолой и горькими травами.
Я положил на траву велосипед и подошел к обрыву. Внизу лежало озеро с темной, практически черной водой. Скала врезалась в него, создавая крошечную бухту с полумесяцем желтого песка. Со всех остальных сторон озеро окружали деревья, словно лес зачерпнул темную воду в ладони.
— Во. В древние времена тут было магическое место, — важно сказал Денис.
— С каких это пор ты знаешь, что было в древние времена? — недоверчиво хмыкнул Шурик. — Тебе по истории тройку-то авансом поставили.
Я ступил на край и сплюнул вниз. Плевок затерялся где-то по пути к воде.
— Ну и в чем магия?
— Кто решался прыгнуть отсюда в озеро в первый день лета, тот считался самым храбрым.
Над водой с пронзительным криком пролетели чайки и умчались прочь. Мы помолчали. Шурик осторожно подошел поближе, держась на безопасном расстоянии от края.
— Вода же ледянущая!
Денис тут же махнул ногой, делая вид, что хочет столкнуть Шурика.
— Дебил, что ли?! — взвился тот.
— Хватит, реально не смешно, — я ухватил Дениса за рукав. — Мы не за этим сюда пришли.
Я снова глянул вниз, прикидывая расстояние. Скала отвесно уходила в воду. Денис пристально следил за мной. Шурик нервно переминался с ноги на ногу, убравшись как можно дальше от обрыва.
— Ты же не собираешься… — он посмотрел на меня и простонал: — Ты собираешься.
Я стащил через голову футболку и бросил Денису.
— Я бы тоже нырнул, — неуверенно буркнул он. — Но батя дома, увидит, что я купался…
Я представил себе мамино лицо, если бы она увидела меня сейчас. О чем родители не знают, то им не повредит. Агата обозвала бы придурком, а бабушка… Но как раз бабушка должна была бы понять.
Я сбросил кроссовки, взглянул еще раз вниз, прикидывая прыжок. Скала под ногами была шершавой и прохладной, мелкие камешки и травинки кололись с непривычки. Оставалось только решиться.
— Правильно наша школьная психичка говорит, — вздохнул Шурик. — У тебя еще не развита эта, пре-фрон-тальная кора…
— Завидуй молча! — Денис пихнул его локтем.
Я отошел назад. «Не думай, не думай, действуй. Оттолкнуться от земли, пробежать несколько шагов и прыгнуть вперед!»
Воздух ринулся навстречу, ворвался в легкие и резко ухнул в живот.
«Это будет особенное лето», — мелькнуло в голове. И я полетел вниз.
— Итак, на наших календарях август, и это лето… — радио заскрежетало и заглохло.
— …Худшее в вашей жизни, — закончил за него я. Никто не возразил.
Стояла такая темнота, что не было видно ничего, кроме кусочка извилистой дороги, освещенного фарами. Дождь сердито стучал в окна весь день, но сейчас даже он устал и прекратился.
