Темно-коричневая плитка, выложенная узором по типу паркета застилала зал. В стенах имелось несколько ниш с полками, на которых стояли книги, фарфоровые фигурки и много рамок с фотографиями. По правой стороне от входа был разожжен камин, сухие поленья весело потрескивали, ленивое пламя, ползущее по дровам, так и манило подойти к нему. Над каминной полкой висел огромный портрет с изображением… меня! Только я тут была на несколько размеров побольше… Волосы были собраны высокий пучок, бордовое платье великолепно подчеркивало зону декольте корсетом, руки в черных сетчатых перчатках с рюшами, сложены на коленях. Больше всего бросался взгляд — строгий, холодный и безжалостный. Я смотрела на портрет, открыв рот, когда чей-то голос рядом сказал:
— Б-а-а-а-бушка твоя, замурчательная женщина! — я посмотрела вниз, ища обладателя голоса. На старинном кресле с красной, бархатной обивкой величаво лежал здоровенный, пушистый, с бело-голубой шерстью кот. Голубые кисточки на ушах подрагивали в такт короткому хвосту, — а ты тощая, как селёдка сушёная, болеешь что ли? Заразная? — котяра приближался на мягких лапах и безотрывно смотрел на меня.
— Гамлет! Ты как с хозяйкой разговариваешь?! — Глафира выплыла из недр дома, держа в руках горбушку хлеба, основательно политую медом. Сладкие капли стекали по изящным пальчикам женщины и она их слизнула, будто маленький ребенок, — Ариадночка, будешь хлеб с медом? Я там еще молочка принесла парного, м-м-м, вкуснотища! — обернулась на кота, — какая она тебе больная?! Ты почему с ней на ты говоришь? Разве так себя ведут приличные и воспитанные фамильяры? Ты что, ворон безродный?!
— Да ты глянь на нее! Кости, кожа и волосы до пяток! И все! При первом же походе на гиблое болото в трясину затянет и не сможет выбраться! И все! И пиши пропало! — кот растянулся в опасной близости к камину и зевнул.
— Ты сейчас сгоришь, — я смотрела на пляшущие вокруг шерсти искорки.
— Только пришла и сразу угрожать? Я настоящий фамильяр! Родовой! Ничего ты мне не сделаешь! — Гамлет мазнул хвостом около горящих дров и этого хватило, чтобы шаловливые искры попали на кота. Легкий дымок поднимался тонкой нитью на кончике хвоста.
— Ты горишь!
— Ты вообще меня слышишь? Ты не можешь причинить вред своему фамильяру, дотумкай ты уже! — хвост набирал амплитуду, дымок расходился, в комнате противно запахло горелой шерстью.
— Еще один сноб за один день! Вы почкованием размножаетесь?!
— Чего?! — кот начал принюхиваться, — откуда так несет? От ног твоих что ли?
— Да гори ты синем пламенем! — я не собиралась терпеть такое отношение к себе, — чтобы завтра духу твоего не было в моем доме! Глафира, это же мой, да?
— Да, да и ещё раз да, деточка, — женщина съела бутерброд, но пальцы облизывать не прекращала. И тут до Гамлета наконец-то дошло, что он горит.
— Мой хвост! Моя шерсть! Спасите! — огромная туша носилась по залу, Глафира смеялась, а я пыталась поймать кота, дабы спасти наследство от пожара. Горящий не синим, а желтым пламенем хвост торчал трубой и лысел за доли секунды. С диким визгом Гамлет сиганул в аквариум с золотыми рыбками, стоящий между нишами с книгами. Вода расплескалась по полу, а довольный кот вынырнул из аквариума, зацепился лапами за край стекла и состряпал блаженную моську.
— Опасность миновала? — я пыталась отдышаться.
— Да-а-а-а, — кот прижал уши и расплылся в усатой улыбке.
— Ты так кричал о том, что ты фамильяр, поэтому будь добр, займись своими обязанностями: протри пол, замени воду у рыбок, и прибери все что раскидал, пока спасался, — я прочла массу книг жанра фэнтези, поэтому кое — какие общие знания в голове имелись.
— Душенька, а ты не промах! Вот это я понимаю, хватка! Гамлет, в таких руках ты не пропадешь! — Глафира уселась в кресло перед камином, сняла туфельки со шнуровкой на каблуке — рюмочке и вытянула ноги поближе к огню, — я не загорюсь, не переживай. А этот толстопузый вечно куда-нибудь свой хвост засовывает. С самой молодости так пошло, то не успевает пробежать, когда дверь закрывается, то под топор его подсунет, пока машет своим опахалом.
— Я пушистый и не вижу, что происходит рядом из-за своих обьемов! — кот пытался выбраться из импровизированной ванны, но задние лапы разъезжались, в передних лапах не было такой силы, чтобы поднять круглое пузо.
— Ты не только пушистый, но и много кушаешь, поэтому и не видишь ничего, — я взяла фамильяра за холку и вытащила из мокрой западни.
Униженный котяра, поплелся внутрь дома, пытаясь сохранить остатки достоинства.
— Он хороший, вы обязательно подружитесь. Это он в первые встречи пыль в глаза пускает, пытается казаться важным, — Глафира встала с кресла и потянула меня за руку в другие комнаты.
