Лавсаик Святой Горы полностью

Здесь проходил свой иноческий путь духовник святой жизни Дионисий Сиатистиец, автор проникновеннейшей книги «След Христов» и составитель молебного канона на восемь гласов великомученику Димитрию. К скиту примыкают келлии и монидрии[111] с крошечными виноградниками, оливковыми и ореховыми рощицами. Занимают их синодии[112] из трех-четырех братий, находящихся в послушании у старца и зависящих от главного монастыря. Одну из них, ту, что в Колицо[113], возглавляет в качестве старца духовник иеромонах Неофит, ежегодно призываемый проводить исповедь в соседней Халкидике (откуда он к тому же и родом). В этом святом служении отец Неофит сменил знаменитого духовника из тех же ватопедских келлий, также Неофита, который оставил по себе в близлежащих местах и среди агиоритов память праведнаго с похвалами (Притч. 10, 7). Келлии эти дали и многих других духовников, окормляющих Халкидику и противолежащие ей Кавалу и Фасос.

Продолжая свое духовное странствие, мы достигли прославленной обители Ивирон — многоцветущего рассадника поросли духовной, что облагоухала на века православные земли до Кавказа и России. Отсюда посланы были с миссией в отдаленные пределы честные отцы выдающейся жизни, исполненные любви и самоотвержения, верные хранители Павловых наказов, по которым нет ни эллина, ни иудея, но все и во всех Христос (ср.: Гал. 3, 28). И совершая служение на чужбине, они утверждали души и освящали жизнь единоплеменников[114]. Из всех святогорских монастырей один лишь Ивирон до сих пор увлечен миссионерской стороной монашеского служения, и питомцы его встречаются во всех концах вселенной, где они окормляют единоверцев и несут свет Православия тем, кто остался ему чужд. Творчески одаренные и любящие свой народ, ивириты возглавляют приходы соотечественников, действуя на этом поприще с похвальной ревностью и достоподражательным самоотвержением. Отец Агафангел в Каире, отец Эмилиан (недавно отошедший ко Господу) в Америке и многие другие в Южной Африке и Австралии выступили как основатели новых благотворительных учреждений, и из малоизвестных мест паломничества превратили их в центры духовной жизни и освящающего движения.

В свое время дело это успешно развивалось также на территории России, и метохи Ивирона в Москве и Тифлисе были в большом почете у православных христиан этой великой страны, а отцы-ивириты имели репутацию особо благоговейных и сами по себе, и по афонскому их происхождению. Но и Святая Гора отбирала для этой миссии монахов, во всем отвечающих ее задачам. Один из них до сих пор жив и как проэстос деятельно участвует в управлении родной обителью, а как антипросоп достойно представляет ее в Священном Киноте. Я говорю о благоговейнейшем и кротчайшем иеромонахе Хрисанфе — муже высокообразованном, знатоке многих языков и авторе книги «Большевизм», где глубоко и полно вскрыты зловещие и мало кому известные устремления этой богоборческой системы.

Что же до духовнического служения внутри монастыря, то здесь звездой первой величины слывет соревнователь древним отцам всечестной архимандрит Афанасий. Долгие годы бескорыстно трудился он на чужбине и, стяжав единственной наградой непорочную совесть, удостоверяющую, что всего себя отдал Церкви, вернулся недавно на место покаяния, где и проводит дни в безмолвии, занимаясь лишь духовным окормлением приходящих. Окруженный плеядой других ревнителей иноческого подвига, сей отец убежденным и нелицемерным послушанием общежительному уставу, как и пламенной ревностью о хранении его, на деле превратил свою жизнь в образец для подражания. Такой облагодатствованный и многопросвещенный муж — Божий дар для обители, и она заслуженно вверила ему разбор рукописей в книгохранилище и сопровождение особо почетных гостей. Лучшего исполнителя этой должности не найти на всем Афоне, и такое убеждение разделяют все посетители Ивирона, кому довелось узнать воистину духоносного отца Афанасия.