Лицо у Тора уже было в поту.
Один из оперативников резал дверь огромной болгаркой.
Светошумовые гранаты взорвались с оглушительным грохотом и ослепительной вспышкой.
Дверь слетела с петель, и Тор шагнул в дом.
Фонарик проложил дымный туннель через прихожую до самой кухни.
За Тором, проверяя углы обстрела, двигались двое оперативников.
Слезоточивый газ просочился через швы противогаза и обжигал открытую кожу.
В отдалении снова послышался собачий лай.
Тору вспомнилась красивая женщина из полиции. Он не удержался и посмотрел туда, где стояла ее машина.
В оконном стекле отражались на фоне белесого неба верхушки деревьев. За небом, как во сне, виднелось печальное лицо женщины.
Как картина, напоминавшая о смерти и о бренности всего земного.
Проверив кухню и ванную, Тор приблизился к закрытой двери спальни. Половицы скрипели под тяжестью его шагов. Тор сделал знак одному из оперативников, и тот тут же встал у стены.
На дверной ручке, на латунном замке дрожал свет фонарика, прикрученного к винтовке.
Тор задышал быстрее, ему не хватало кислорода.
Досчитав до трех, он положил палец на спусковой крючок и ногой выбил дверь. Взметнулось серое облако, и несколько секунд Тор ничего не видел.
Когда Йона с Сагой спустились к дому Андерсона, штурм был уже окончен. Бойцы оперативной бригады прочесывали с собакой остальной район.
Все понимали, что вероятность захватить Юрека врасплох и обезвредить его не особенно велика, но так как главной целью все еще оставалось спасти Пеллерину и Валерию, бойцам пришлось проводить штурм немедленно.
Проходя мимо первого дома, Йона заглянул в него через обрушившийся торец. На полу стояли мешки с семенами трав и перегноем, на стене висело на гвозде приспособление для гриля, с лампового крюка свисал, покачиваясь, ржавый кормораздатчик.
Тор, с противогазом в руках, стоял у дверей дома побольше. Шея пылала красным, из глаз лились слезы.
– Мы выжили, все до единого, – хрипло объявил он, завидев Йону.
– Я рад.
– Можете посадить сюда команду для наружного наблюдения и призвать нас, если он объявится.
– Он сюда больше не придет.
– Ты не был внутри. Уверен хоть, что это его берлога? Мы не нашли ни оружия, ничего такого.
Йона подошел к грилю и пинком повалил его на землю. Лед треснул, выплеснулась черная вода. Вместе с мокрыми хлопьями сажи на траве вывалился пистолет в вакуумной упаковке.
Тор не сводил бледно-голубых глаз с оружия.
– Как ты узнал?..
– Юрек ничего не жарит на гриле. – Йона снял свой “кольт-комбат” с предохранителя.
Отличный тайник для запасного оружия. В случае внезапного бегства до пистолета будет легко добраться. Юрек прикатил гриль из развалившегося дома, но лопатку и щипцы оставил на старом месте.
Ветер здесь дул с воды, и никто не стал бы ничего жарить на гриле, да еще рядом с дверью, если внутренний дворик с подветренной стороны.
Сага достала “глок” из наплечной кобуры и последовала в дом за Йоной.
В полутемной прихожей поскрипывал пол. На крючке висела одинокая шинель, два замызганных сапога стояли на решетке. Сага с Йоной прошли на кухню. Рулонные шторы были оторваны, среди осколков стекла на вытертом линолеуме валялась слезоточивая граната.
На нечистой плите стояла сковородка, покрытая толстым слоем жира, бледно-серого, как стеарин. Кофейная кружка, вилка и тарелка, вымытые и высохшие, все еще стояли на столе на застекленной веранде.
На всех подоконниках дохлые мухи и осы.
Йона открыл холодильник и нашел масло и свежие яйца. Сага достала из буфета пакет с хлебом, поднесла к окну и рассмотрела дату.
– Вчерашний!
Йона снова вышел в прихожую и осторожно приоткрыл дверь ванной дулом пистолета. На краю раковины лежали бритвенные принадлежности из оранжевой пластмассы. В полосатом стаканчике возле крана стояла зубная щетка.
Сага вошла в спальню.
На бюро из темного дерева выстроились фотографии: родня Яна Андерсона, его дочь и жена.
Йона зашел следом за Сагой, сунул пистолет в кобуру. На не застеленной кровати валялась слезоточивая граната.
– Он прожил здесь несколько лет, но ни черта не изменил, ни единой детали, – сказала Сага и открыла платяной шкаф. – Спал в этой кровати. Клал еду в холодильник, вешал свою одежду в гардероб рядом с одеждой Андерсона.
Они вдвоем обыскали комнату, хотя оба в глубине души знали, что это ни к чему не приведет.
В ящике ночного столика обнаружились Библия, очки для чтения и пузырек аспирина. Йона пошарил под ящиком, пролистал Библию.
Два часа они искали карты, адреса, да что угодно еще, что могло бы привести их к Валерии и Пеллерине.
Щекочущее чувство, что Юрек где-то рядом, медленно угасало.
Когда Йона с Сагой выбрались из дома, оперативная бригада уже скрылась. Все предметы и снаряжение, обнаруженное в домике, было разложено на внутреннем дворе. Натан принес пластмассовый стул и теперь сидел среди мешков и ведер, защищенный от холодного ветра.
– Бойцы прошлись по всем домам, поговорили с соседями, которых застали, – сказал он. – Юрек, похоже, держался особняком. За все эти годы соседи видели его всего несколько раз, да и то издалека.
