Зимняя трава была жесткой от холода. За кронами деревьев высились, словно мрачные наблюдатели, желтые и красные кирпичные дома.
Сага еще не связывалась с Ноленом. Он летел из Мельбурна, с конференции, и приземлиться должен был не раньше восьми вечера. Только благодаря мысли о том, что Нолен, возможно, знает что-нибудь о брате Юрека, Сага еще не провалилась в панику.
Полицейские с собаками и добровольцы из
Девяносто человек в желтых жилетах начали движение по полянам и через лес, они ворошили палками густой кустарник, осматривали обочины дорог и тропинок.
После перехода через мототрассу с песчаными горками поисковая группа остановилась, Сага отошла в сторону и позвонила Ранди. Он не ответил, и на Сагу навалилось тяжелое чувство одиночества. Включилась голосовая почта, и Сага заговорила:
– Нашли папину машину. Я буду участвовать в поисках до самого конца… прослушаешь сообщение – позвони мне, пожалуйста.
Договорив, Сага вернулась на свое место в цепи. Поисковая группа двинулась дальше, через Ервафельтет.
В восемь вечера заказ в “Фалафель-баре” был готов. Сага слезла с высокого табурета и забрала пакет.
Прочесывание местности прекратили в половине седьмого, так и не обнаружив следов Ларса-Эрика.
Сага знала: чтобы вернуть отца, она должна установить, где останки Игоря.
Вернувшись к себе, она заперла дверь, поставила пакет с едой на кухонный стол, проверила окна, заглянула в шкафы, под шкафы и за комнатные двери, задернула шторы, потушила весь свет и позвонила Нолену.
– Я только что включил телефон, – гнусаво отозвался Нолен. – Самолет еще выруливает.
– Мне надо кое-что спросить.
– Мы закончим вскрытие завтра или…
– Слушай, – перебила Сага, – я вот почему звоню: ты ведь вскрывал брата Юрека Вальтера?
– Игоря.
– Что с его останками?
– Не помню, – буркнул Нолен. – Но могу заверить: мы действовали в соответствии с правилами.
– Можешь узнать, где тело?
– Кто-то украл труп из морозильника, – вполголоса признался Нолен.
– Украл? – Сага, разволновавшись, провела рукой по рту.
– Чуть не сразу после вскрытия.
– Зачем кому-то понадобилось его тело? – прошептала Сага.
– Понятия не имею.
Сага бездумно шагнула к окну, мокрой спиной ощутила исходящий от стекла холод.
– Это могла быть случайность? – спросила она. – Дурацкая выходка каких-нибудь студентов-медиков? Может, кто-то просто захотел прихватить мертвое тело?
– Почему нет.
– Нильс, скажи все, что знаешь. Для меня это чертовски важно.
– Я ничего не знаю, – медленно проговорил Нолен. – И это правда… я рассказал о краже единственному человеку, которому нужно было о ней знать… я думал, он разволнуется, но он не сильно встревожился.
Сага смотрела в пустоту. Нолен говорил о Йоне. Это Йона по какой-то причине забрал тело.
– Есть идеи, где сейчас может быть тело?
– Я не пытался его искать. Какой смысл? – честно признался Нолен.
Они закончили разговор, и Сага некоторое время стояла в молчании.
Тело исчезло.
Она так верила, что Нолен сможет помочь ей. Что существует разумный ответ на вопрос, куда делось тело.
Ее отца закопали в землю заживо, а ей нечем выкупить его.
Сага достала из пакета коробку с фалафелем, взяла вилку и села за кухонный стол.
Посмотрела на телефон. Сегодня она не звонила Пеллерине, потому что у нее не было сил снова лгать сестре. Сначала надо спасти отца.
На луга и поля быстро опустилась темнота; краски пейзажа истончились, стали водянистыми.
Голые ветви ивы мотались под юго-западным ветром.
Йона и Люми досиживали последнюю смену перед ночью, пока Ринус отдыхал в своей спальне.
Они находились в главном наблюдательном пункте – самой большой комнате этого дома. На ящике с боеприпасами стояли пустые кофейные кружки.
Из-за жизни, подчиненной расписанию, и однообразных занятий время в этом доме-убежище тянулось, как один бесконечный день.
– Вторая зона, – сказала Люми и задвинула стальной люк, закрывавший окошко.
Она поставила бинокль на простой деревянный стол, оклеенный фетром, потерла глаза и посмотрела на часы.
Зона наблюдений номер два охватывала поля, простиравшиеся в сторону Эйндховена, и отдаленную теплицу.
Все зоны накладывались друг на друга, что было вполне разумно, учитывая сложность ландшафта.
Невозможно держать окрестности под наблюдением, не прерываясь ни на секунду. Но пока обитатели дома-укрытия следуют плану, риск того, что кто-нибудь подберется незамеченным, минимален.
– Третья зона, – отозвался Йона и посмотрел на дочь.
Люми села на стул и уставилась в пол.
– Через девяносто минут разбудим Ринуса, – пообещал Йона.
– Я не устала, – пробурчала Люми.
– И все-таки тебе надо поспать.
Люми молча встала, прошла мимо стола, где заряжался телефон Йоны, и остановилась перед большим монитором. Разные секции экрана показывали, что происходит вне дома и в гараже.
В полутьме гладкие бронированные стены казались сплошными.
Ринус перекрасил металлический каркас, отполированный гидравлической дверью.
