Ее подвели к самому центру высокой платформы, чтобы с самого дальнего уголка амфитеатра каждый смог разглядеть ее тело, и лицо девушки вытянулось в гримасу отвращения, и неприятно сморщилось, когда накидку с груди грубо сорвали мужские руки. Пепельно-черная ткань просвечивала, и ее нагота была видна каждому, и в порыве она прижала локти к себе, чтобы прикрыться. Странное чувство защищенности, особенно когда больше года, она была полностью раздета перед всеми, а единожды почувствовав на коже материю ткани, стыд уже проложил путь в потаенные уголки разума. Она расслышала позади себя щелчок пальцев, и шершавые руки раздвинули ее кисти в стороны, пальцы впились в кожу, когда жестокий голос разнесся над ее головой, хотя она пыталась брыкаться, как змея извивается в руках своего заклинателя. Через какое-то время она просто повисла в его руках, опуская голову так, чтобы за занавесом темных волос, никто не смог различить лица. Ублажать дворян она не собиралась, и в невольной попытке сломить стальные мышцы, удерживающие ее руки, она краем глаза заметила поднимающиеся золотые таблички и предостерегающий взгляд Ариса, устроившегося у самого края первого ряда на беломраморной скамье. Начальная цена за нее тридцать золотых лир — для рабыни с северных окраин необычайно дорогое предложение. На такие деньги можно было купить несколько хороших пастбищ, скот и выстроить достойный дом, да обзавестись челядью из десятерых рабов. Через мгновение ставки увеличились до пятидесяти лир, и по форуму разнесся шепот удивления и неудовольствия, несколько высокопоставленных мужчин с нагрудными золотыми гербами Империи со свитой сходили вниз, чтобы удалиться прочь, громко произнося ругательства в сторону главы красного дома, что расположился на самом верхнем этаже форума, и их сандалии стучали по скользким половицам, отскакивая от стен громогласным эхом. Айвен не знала, как выглядит хозяин одной из крупнейших обителей удовольствия, но отчего-то догадывалась, что его не беспокоит, какое количество постоянных завсегдатаев покинет стены лунных дворцов этой ночью, он словно ждал прихода особых гостей. Вздох облегчения сошел с ее губ, когда новая волна посетителей поднялась со своих мест, но хватка на ее плечах сжалась, и ей пришлось пасть на колени.
Мужчина, сидевший в окружении женщин в самом первом ряду, поднял сумму до восьмидесяти пяти лир. Айвен вздрогнула, покосившись на его мясистые розоватые щеки и потные губы, обрамленные тяжелой черной бородой, и ее затошнило. На его щеке пылал свежий красноватый шрам от кинжала, такие глубокие зазубренные раны нельзя было получить осколком стекла, острие рассекло лицо почти до самой кости, преображая его в уродливую маску. Ноги его были обильно покрыты темными завитками волос и бледными кручеными рубцами, с багровых длинных шрамов, переходящих к бедрам стекал свежий гной. И внутри нее все напряглось, когда его огромная и тяжелая ладонь легла на обнаженное бедро женщины, облаченной в тонкие и прозрачные накидки, прижимавшейся всем телом к его горячей плоти, тогда как сверкающий и жестокий взгляд человека проходился по ее телу.
