Грольйя пригласила девушку и балтуса расположиться поудобнее, переместив разговор на койки. Кровати были покрыты шкурами, обшитыми льняной тканью. Казалось подобное является роскошью, но Илви не понимала с какой стати здесь созданы такие условия? Ответ она нашла у сидящего на противоположной кровати сородича, чей цвет кожи был излишни зелёным, таким образом выдавая в ней самого чистокровного орка.
— Не удивлюсь если вы не поверите в это, но слушайте историю: Как-то раз наш хозяин, тот что вас выкупил, вернулся с войны, да не с пустыми карманами. Кроме того славы сыскал на две жизни вперёд. Ну так вот. Руки, как вы видели сами, он лишился, и по этому поводу сильно переживал. Но однажды в храме встретил Николен — нашу хозяйку и свою будущую супругу. Уж не знаю какая у них там любовь, но она на него оказывает сильное влияние, даже слишком. Убедила его что убийство это — грех, а путь праведный кроется в служении Господу. Он то всю жизнь Империи отдал, но каким-то образом уверовал. И вот до сих пор богатый старикан добро совершает, подачки всякие беднякам делает и всё такое.
— Но как ты здесь оказалась?
— Как и вы. Меня выкупили десять…
— Десять?!
— Ан, нет. Двенадцать лет назад. С тех пор тут и служу. Благо у господ с зачатием потомства проблемы, а то я хоть и мастерица на все руки, с мелюзгой не лажу. Чуть что за шиворот и в угол…
— Но как же твоё племя? Откуда ты…
— Племя моё давно истребили, перебив всех до единого. А мне повезло, сыскала лучшую жизнь и преданно служу своему господину.
— Служишь?
— Да. Как и положено с выходными днями и оплатой труда. Он меня, нанял, получается.
Илви не верила своим ушам. Те, кто так долго истреблял их народ, вот так вот просто пошли на сделку с её сородичем. Наняли её. Это звучало как абсурд и совершенно отказывалось укладываться в голове у воительницы.
— По лицу вижу что не шибко веришь. А ты чукча, как сюда попал? — Вопрос был адресован Лаффи, который до сей поры пребывал в своих мыслях, сверля взглядом лапти Грольи.
— А я… Я… Потерялся…
Брови болтуса опустились, а выпуклые глаза закрылись. Кажется вот-вот и он заплачет, а его не находящий себе места хвост, лишь доказывал это.
— Ты чего это тут разнылся? Да вам повезло ведь!
Гролья пересела на кровать Лаффи, закинув на его слабые плечи свою сильную руку и притягивая к себе. Голова обросшая шерстью прижалась к груди живущего в поместье орка. Она смешав в себе отцовские и материнские чувства, прижала к груди
сокамерника Илви, по щекам которого уже стекали слёзы.
— Я не успел убежать… Меня схватили, а потом…
— Ну всё, кончай ныть. Будешь плакать — яйца отвалятся.
Воительница, смотря на эту сценку, была рада получить небольшой перерыв от всех проблем и невзгод, но она понимала что это долго не продолжиться, ведь до сих пор она мечтает лишь об одном — вернуться в свою родную деревню, домой.
Последующие несколько дней Лаффи и Илви вовсю работали в поместье. Чаще всего они были в роли разнорабочих, выполняя приказы Грольи и обоих господ, которые стоит отметить обращались с ними не так уж и плохо. Двухразовое питание становилось приятным бонусом, а выполняемая работа не была изматывающей. В один из дней воительница сидя на бревне и смотря на облака, поняла что здесь не так уж и плохо, и лишь привязанность к своему племени заставляет её возвращаться. Поток мыслей прервал балтус, усевшись рядом и поедая вареный картофель. Во второй руке он держал перекус для девушки.
— Я и тебе взял. — Длинные пальцы Лаффи сжимали овощ, который через несколько минут уже был в желудке Илви. Когда трапеза подошла к концу, оба рабочих молча сидели, каждый размышляя о своём. Первый голос подал о’балтус.
— Тут неплохо.
— Твоя правда.
— Надо же. Как всё вышло…
— А?
— Мы с тобой встретились на корабле. Когда тебя зашвырнули в клетку, я уже потерял всякую веру в счастливый исход. А через несколько часов ты очнулась, встала, начала докучать вопросами…
— Благо твоя меланхолия не передаётся по воздуху.
— Да. Я ведь уже и не думал что выживу. А потом нас продали. Нас. Обоих. А всё потому что я шёл в комплекте, как дополнительная деталь, как…
— Какое это имеет значения? Главное что, мы живы, и не сидим в кандалах.
— Из тех десяти слитей, ты стоила девять и половину. А я…
— Эй. — Девушка стукнула кулаком балтуса в плечо, заставив того покачнуться поморщившись.
— Признаться честно ты меня уже не так бесишь. Думаю это хороший знак.
На лице воительницы играла улыбка, та самая что способна разжечь надежду и даже в самых ужасных ситуациях найти выход.
— Без тебя, меня бы убили. Теперь я стану твоим оруженосцем.
— У орков нет таких. Мы сами носим своё оружие.
— Да? Ну тогда стану тем, кем хочешь.
— Послушай Лаффи… Я хочу бежать и…
— Я знаю. И последую за тобой.
— Лучше оставайся здесь, в теплоте и уюте.
— Без тебя Илви, мне неспокойно… Страшно… И страх этот, морозит сердце… Без тебя я пропаду…
— Коль хочешь идти за мной, иди. Но поблажек я делать не стану.
— Да!
