— Ты тут два месяца работаешь, а я пятый год на доске лучших сотрудников фигурирую. У нас семинары по обслуживанию проводят, приходят психологи и объясняют, как правильно с покупателем общаться. Очень полезные мероприятия. На одном занятии предупредили: столкнулись с идиотом — не спорьте. Сделайте вид, что поверили ему, попытайтесь успокоить, а сами незаметно вызывайте охрану.
— Вау, ты, типа, психотерапевтом заделалась, — не успокоилась Влада.
— Зато ты никого не жалеешь, — огрызнулась Мила, — шуганула бабу.
Влада вскинула голову.
— Я не посещала семинары, психологически не подковалась, зато вызубрила инструкцию: в подсобку посторонних запрещено пускать. Побьет идиотка пару теликов, кто платить станет? Или у нее СПИД, холера, туберкулез. Сунется в наш туалет и оставит заразу.
Мила дала задний ход:
— Я с тобой согласна. Не собиралась ей дорогу в служебный сортир показывать, но разрешила присесть, а ты на беднягу поперла, заорала: «Вали отсюда, пока цела». И что получилось? Психопатка перепугалась и в глубь зала бросилась!
Влада нахмурилась, а Мила трещала сорокой:
— Отойти от касс мы не имеем права, несем материальную ответственность за деньги. А охранник наш покурить убежал.
Влада встряхнулась.
— Ничего плохого не случилось! Она ушла.
— Ага! — торжествующе воскликнула Мила. — Унеслась прочь, а минут через пять подходит женщина, она утюг выбирала, протягивает мне сумочку и растерянно говорит: «Стою около витрины, подходит незнакомка, сует в руки эту вещь и шепчет: «Умоляю, сообщите всем. Меня хотят убить. Свекровь наняла киллера, она идет следом, где-то тут прячется, говорит мне в ухо: «Убью!» Она мне мстит. Ее зовут Анна Николаевна Назарова. Возьмите себе мою сумку, она дорогая, поднимите тревогу, позовите на помощь». Я растерялась, а женщина удрала.
Мила оперлась о кассу.
— Круто, да? Покупательница испугалась, даже про утюг забыла! Мы, между прочим, на проценте сидим. Зарплата копеечная, заработок к продажам привязан. Бросила тетка торбу нам и вон отсюда.
— И где сумка? — поинтересовалась я.
Влада нагнулась и вытащила на свет небольшой ридикюльчик.
— Вот.
— Вы никому не рассказывали о происшествии? — с легкой укоризной воскликнула я.
Влада заметно смутилась, а Мила оседлала боевого слона и ринулась в бой.
— Щаз! Шнурки поглажу и полечу. За свихнутой должны родственники смотреть! Это ихняя обязанность, не наша. И охраннику влетит, что курить вышел, и нам хозяйка в зубы насует, что дуру не успокоили, а за вызов милиции ваще уволят! Я не намерена хорошего места лишаться.
Мила решила встать на сторону коллеги.
— Сумка дешевая, из клеенки, подкладка рваная, ничего в ней нет. Мы не выбросили ее лишь по одной причине: думали, ненормальная домой смотается, таблетки выпьет, очухается, вернется и поднимет здесь бучу!
Мила фыркнула.
— Надеюсь, ты не права и мы никогда придурочную не увидим.
Я открыла кошелек.
— Продайте мне ридикюль.
— Три тыщи! — моментально назначила цену Мила.
Влада поморщилась.
— Забирайте так, все равно я хотела в обед ее выкинуть.
— Зачем она вам? — полюбопытствовала Мила.
Я ответила честно:
— Не знаю. Вдруг поможет найти Леру.
Влада заморгала.
— Постойте, а откуда у вас ее паспорт?
— Пришла купить стиральную машину и в одном из барабанов его нашла, — вздохнула я.
— Во, блин, крышу ей совсем снесло, — засмеялась Мила, — мания преследования. Хорошо, сама в СВЧ-печку или хлебопечку не забралась.
— Помада, — пробормотала Влада, — помнишь?
— Думаешь, она ее? — заморгала Мила. — Ну, ваще! Тушите свечи, несите венки.
— Помада? — переспросила я.
Влада опять нагнулась и продемонстрировала дешевый тюбик.
— Сегодня в десять утра у нас взяли микроволновку, из торгового зала, последний экземпляр. Покупательница открыла дверку, а там на стеклянном кругу, полюбуйтесь, это лежит.
— Скандал получился, — устало дополнила Мила, — женщина старшего менеджера вызвала и ну орать: «Ваши продавцы используют бытовую технику в качестве косметичек».
— Потом она успокоилась, — перебила подругу Влада. — Алексей ей спокойно объяснил: «Девушек среди консультантов нет, они сидят исключительно на кассе, но им запрещено покидать рабочее место. Кто-то из посетителей глупо пошутил. Предлагаю вам скидку». А вот я сейчас думаю: не той ли сумасшедшей это помада?
— За фигом ей косметику повсюду распихивать? — резонно спросила Мила.
— К сожалению, у человека с больной головой не работает логика, — протянула я, — думаю, Лера испытала сильный стресс и повела себя неадекватно.
Влада снова занырнула под кассу и вытащила потрепанный томик в бумажной обложке.
— Читали?
— О нет! — застонала Мила. — Не начинай про Смолякову! Меня тошнит от Милады! Орет из каждого радиоприемника, верещит по всему телику. Ну чего в ней хорошего? Без слез не взглянешь! Скелетина в оборках!
Мила бросилась защищать любимого автора.
— Плевать, как она выглядит, пишет-то интересно, не оторваться. Я прямо тащусь.
— Я тоже люблю Смолякову, — кивнула я. — Но при чем здесь ее детективы?
Влада ткнула пальцем в книгу.
— Читали «Медаль имени Буратино»?
— Пока не успела, — призналась я.
