– Павел Сергеевич, этого не может быть, – постаралась возразить Кристина. Я быстрым взглядом окинул ее побелевшее лицо и обескровленные пухлые губы.
– Может, еще как может! – рявкнул он.
– Нет, тут какая-то ошибка… – покачав головой, сказала она.
Машина попала колесом в яму, и нас сильно тряхнуло, да так, что Кристина головой ударилась о боковое стекло. Одной рукой удерживая руль, я быстро потянулся к ее ремню безопасности и застегнул его.
– Безусловно ошибка, при этом Ваша, и смертельная! – жесткий мужской голос прокатился по салону автомобиля.
– Павел Сергеевич, за последнее время я не назначала данные группы препаратов, и это точно, – уверенно сказала она, потирая пострадавший от удара висок.
Я ощущал кожей, что Кристина говорит правду. Каждое ее слово было наполнено истиной, хотя и противоречило фактам, которые ей озвучивали.
– Кристина Викторовна, Вы хотите сейчас сказать, что я придумал невероятную историю, чтобы оболгать вас? – прогремел голос.
– Нет, не так. Думаю, произошла путаница. Я приеду и со всем разберусь, – напряженно сказала она, переводя взгляд на пассажирское окно.
– Дело уже сделано, и сейчас Вы пожинаете последствия. Молитесь, чтобы пациенты выжили и хотя бы частично восстановили свое здоровье. И еще: рекомендую начать готовить себя к тому, что Вы будете участвовать в судебном заседании и…
Голос резко оборвался на полуслове. Салон автомобиля наполнила тяжелая тишина, пропитанная ощущениями безысходности и бессилия.
– Видимо, связь пропала, – она с тоской посмотрела в мою сторону. – Он подумает, что я бросила трубку.
– Ты ему потом объяснишь, и все будет нормально, – мне хотелось ее поддержать, однако, я понимал, что “нормально” вряд ли будет, судя по жесткому разговору. – Значит, ты врач? – спросил я, увидев указатель “Пинега”.
– Врач, да, – с выдохом сказала она. – Не понимаю, как такое могло случиться, – прикасаясь к кулону в виде стетоскопа на своей груди, нимфа начала его перебирать в изящных пальчиках.
– Все тайное когда-нибудь станет явным, так что скоро поймешь. А пока скажи, куда мне дальше ехать, – мы миновали частные дома и встали на перекрестке.
– Направо, – безучастно ответила Кристина.
– Отлично, видимо, скоро мы попьем вкусный чай. Отвлекись от мрачных мыслей и насладись природой, – предложил я, включая поворотник и поворачивая машину к большому деревянному дому на берегу реки.
– Не могу, – отозвалась нимфа.
– А надо, – настаивал я.
Я мысленно перебирала версии того, по какой причине назначенное мной лечение вдруг приобрело смертельный характер. Логическая цепочка обрывалась как раз после того, как я ушла в отпуск. Операции были выполнены успешно, и все без исключения пациенты готовились к выписке. Подозрение пало на Дарину, мою одногруппницу, с которой отношения не ладились с первого дня обучения в вузе. Не раз я слышала от нее, что благодаря имени отца все двери открываются передо мной незаслуженно, а ей приходится все зарабатывать потом и кровью, карабкаться вверх через “золотых детей династий”. Возможно, она хотела меня подставить, чтобы убрать со своей дороги.
Так, сейчас надо ненадолго переключиться. Придется перестроить планы и выехать обратно в город сразу, как только поговорю с бабушкой Мирославы. Я посмотрела в сторону блондина, который, выйдя из машины, стоял лицом к реке, демонстрируя свою невероятно широкую спину.
– Мы приехали к бабушке моей подруги, – привлекла я его внимание.
– Пойдем знакомиться, – повернувшись, он быстрым шагом, минуя меня, направился к небольшому забору.
– Так просто? – с улыбкой прокомментировала я его действия. Человек явно не заморачивался условностями, чувство стеснения и неловкости ему вряд ли было знакомо.
– Что не так? – спросил он, поднимая удивленно бровь и открывая калитку.
– Да нет, наверное, все так, – ответила я, подходя к нему ближе.
Мы направились через ароматные кустарники смородины к огромному деревенскому дому, который являлся культурным артефактом, отражающим историю, традиции и уникальные особенности жизни на Русском Севере. Он олицетворял силу и выносливость северян, их умение приспосабливаться к суровым условиям климата и создавать уют даже в самых непростых обстоятельствах.
Когда мы дошли до крылечка, дверь дома внезапно распахнулась, и перед нами предстала Клавдия Ивановна.
– Кристинушка, наконец-то, а то я уже забеспокоилась, что ты долго в пути, – с добротой в голосе сказала бабушка Миры. Я краем глаза заметила, как тело Марка напряглось, и он замер рядом со мной.
– Добрый день, Клавдия Ивановна. Колесо на дороге пробила, мне помог Марк, и мы приехали в итоге вместе, на чай, – обнимая ее, я быстро постаралась объяснить причину, по которой приехала не одна.
– Марк, значит, – задумчиво сказала она, внимательно рассматривая гостя.
