Я отошла от стойки ресепшна и подошла к одной из стен отеля, сплошь увешанная портретами звёзд, останавливавшихся здесь на время пребывания в Мемфисе. Я смотрела на их фальшивые улыбки, а сама воображала, как Гёт отреагировал на то, что я заявилась к нему почти что в номер, без приглашения. Может он злился или вновь сохранял выражение холодного спокойствия на лице? Почему же он так редко даёт волю чувствам и эмоциям, скрываясь за маской равнодушия? Что же творится у него на душе?
- Элизабет.
Я вздрогнула от неожиданности, когда услышала голос Амона над самым ухом.
Медленно обернувшись, я не поверила своим глазам. Ухоженный и неимоверно сексуальный Гёт, прямо сейчас стоял прямо передо мной в растрёпанном виде с кислой миной и большими кругами под глазами. Пребывая передо мной в тёплом синем халате и тапочках, он выглядел по-настоящему разбитым. Он что не спал всю ночь? Причём именно не спал, а не развлекался.
- Э-э, мистер Гёт, вы в порядке? — Глупый, очень глупый вопрос, если учесть такой его внешний вид.
- Кхм, не совсем, — прохрипел он.
У него было что-то не то с голосом.
- Вы сегодня не пришли на мою тренировку, и когда я звонила вам, не брали трубку, поэтому я и подумала, что что-то случилось, — лепетала я в оправдание.
Амон смотрел мне в глаза, и мне становилось немного не по себе из-за того, что с ним определённо что-то случилось.
- Элизабет, тебе лучше поехать домой.
Ещё два-три дня тебе придётся тренироваться без меня, а потом уже я приду на каток и проверю, какие элементы ты отточила без меня.
- Хорошо, — недоверчиво ответила я. А что он собирается делать эти два-три дня? Приводить себя в форму и человеческий вид? — Так всё же, что с вами?
- Элизабет, тебе это знать необязательно, — устало ответил он.
Амон сказал это таким тоном, будто я была ребёнком! Но я не подала виду, что обиделась, хотя в душе желала устроить ему сцену.
- В любом случае в следующий раз предупреждайте меня о том, что не придёте на тренировку и по-возможности не выключайте телефон, — важно сказала я, скрестив руки на груди.
Детишки, до сих пор играющие в салки пробежали мимо нас и один модно одетый мальчуган случайно в запале бега, ударил своим маленьким локоточком по задней части голени Амона. Тот зашипел и, скривившись, вытянул руку перед собой, прислонившись ладонью к стене с фотографиями известных людей за моей спиной. На его лице отразилась гримаса плохо скрываемой боли, и я не зная, что делать, легонько прикоснулась к его плечу.
- Мистер Гёт, что с вами? — Взволнованно спросила я.
Но тренер лишь вскинул на меня озлобленный взгляд и, отслонившись от стены (свою руку с его плеча я поспешно убрала) сквозь стиснутые зубы прошептал:
- Элизабет, иди домой!
Он просто напросто выгонял меня из общественного заведения, на что не имел никакого права. Но раз уж Амон так отчаянно не хотел видеть меня и даже не соизволил ответить, что с ним, я всё-таки решила уйти. Я никогда сама ни к кому не навязывалась, и если кто-то не хотел иметь со мной дела, я поступала точно так же.
- До свидания, мистер Гёт, — выплюнула я и, обойдя его мощную фигуру в халате, вышла из отеля, не оглядываясь.
Ты посмотри на него, какой наглый нахал! Я приехала к нему в отель, волновалась за него и хотела узнать, что с ним случилось, а он словами практически вышвырнул меня из отеля! Он даже себя в номер меня не пригласил! Что у него там женщина и целый гарем! Можно подумать, он тут такой важный, что я должна за ним бегать. Ничего подобного. Не хочет, не надо.
Поскольку отель, из которого меня выгнал его же постоялец, располагался совсем недалеко от моего дома, через несколько минут я уже заходила в наш подъезд, никогда не отличавшийся особой чистотой. Прокуренный (но хотя бы не описанный) и маленький он немыслимым образом притягивал к себе творческих личностей. В нашем доме жило множество художников, писателей и просто находивших утешение своего горя в бутылке, спившихся людей. Безусловно, обычные люди, такие как Мери, в нашем доме тоже жили, но их почти всегда было не слышно и не видно, в отличие от творческих личностей, вечно ищущих вдохновение, обычно посещающие их по ночам. Именно поэтому в нашем доме и по ночам во многих квартирах горел свет, и наша высотка была ярким светящимся огоньком посреди спального района Мемфиса.
Мери уже давно пришла после занятий в универе домой и как всегда смотрела свой любимый приключенческий сериал. Моя подруга избегала фильмов о любви, ведь они напоминали ей о погибшем Фреде.
- Привет, Мер, — поприветствовала её, пока шла через гостиную на кухню к холодильнику за перекусом.
- Привет, — отстранённо ответила она, погружённая в действия сериала.
Я не стала докучать ей и, достав из холодильника банан, побрела с ним в нашу спальню, чтобы позвонить маме. Переодевшись в домашнюю майку с шортами и раскрыв кожуру банана, я плюхнулась на диван и набрала на мобильнике номер мамы. Она взяла трубку спустя всего один гудок.
- Алло? — Осторожно спросила она.
- Привет, мам.
- Лизбет! Привет, доченька. Ну, как ты там в своём Мемфисе поживаешь?
