Хлопнули дверцы кабины, грузовик рыкнул, развернулся и выехал в открытые ворота. Яна сидела на противоположной лавке и с елейной улыбкой гипнотизировала меня пристальным взглядом; я не выдержал и отвернулся к пластиковому окошку. При желании его можно было отстегнуть для вентиляции или ведения огня.
На пропускном пункте мы получили оружие и без проволочек покинули село, но тут же остановились на просторном пятаке у дороги. Земля там пестрела отпечатками шин и подков.
– Теперь-то что? – возмутился Напалм, когда Яна выбралась из кузова, а за ней потянулись наемники.
– Дурное место впереди, – пояснил светловолосый охранник немногим ниже меня.
– А, точно! – Пиромант спрыгнул на землю и помог спуститься жене. – Сопровождение дадут?
– Нет, летом все сами едут. Просто лучше попутчиков подождать, на, – пояснил наемник, закинул на плечо ремень АКМ и протянул руку. – Серый.
– Напалм, – ответил пиромант.
– Лед, – назвался прозвищем и я.
Тогда Серый развернулся и указал на невысокого темноволосого мужичка с короткой черной бородкой, худощавого и сутулого.
– Клоп, – представил он наемника, который и показался вчера знакомым.
А вот сейчас даже не знаю. Вроде не пересекались нигде раньше.
Затем Серый познакомил нас с плечистым наемником в камуфляжной панаме. Крепыш с модной трехдневной щетиной откликался на позывной Дуб и был вооружен таким же автоматом, как и у командира, да еще пояс оттягивала кобура с пистолетом, а кармашки разгрузки топорщились из-за магазинов и двух «лимонок».
Водитель грузовика откликался на прозвище Гусь. Был он, пожалуй, самым старшим из всех, кривоногим и грузным, хотя возраст могла добавлять седая борода. В отличие от остальных Гусь остановил свой выбор на чаромете с пузатым барабаном на пять или шесть зарядов. Ну и без пистолета дело тоже не обошлось.
У всех – легкие бронежилеты, налокотники и наколенники, еще и шлемы в кузове валяются, вот только создается впечатление, что наемники из Форта выбирались нечасто и в первую очередь действовать привыкли против людей. Кроме ножей, холодного оружия ни у кого нет, и дробовик только у Клопа. Для охраны базового лагеря это, может, и не критично, но не знаю, не знаю…
С юга подул резкий и неприятный ветер; Вера натянула на голову капюшон, Напалм прикрыл лысину кепкой, а охранники укрылись от холодных порывов за грузовиком. Ведьмы никак на непогоду не отреагировали, разве что Яна принялась заплетать растрепанные волосы в косу.
– Какая точка назначения на сегодня? – поинтересовался Серый. – Яна сказал, тебе координаты дала.
– Есть карта? – уточнил я.
Наемник сунул руку под разгрузку и выудил оттуда толстую пачку бумажных листов. Точнее – один лист, сложенный много раз.
Серый развернул его и прижал к борту грузовика, не давая растрепать ветру. Я отыскал Лисьи Выселки и ткнул пальцем примерно посередине между поселком и пограничным пунктом.
– Здесь будет мост через речушку, и примерно через километр еще один ручей в трубе. Начнем оттуда.
Наемник поставил карандашную отметину и спросил:
– Сразу лагерь ставим?
– Нет, придется километра на три обратно сместиться после обеда, если все по плану пойдет.
– Понял, на.
Серый отошел к валькириям, а я вернулся к Напалму и Вере и вытащил из кармана куртки вязаную шапочку.
– Взмерз Маугли? – рассмеялся пиромант и посоветовал жене: – Чего ты дрожишь? Лезь в кузов. Тут, похоже, надолго.
Вера послушала его совета и забралась под тент, а Напалм с тоской глянул на дымивших сигаретами охранников. Сутулый мужичок перехватил его взгляд, растер ногой окурок и подошел к нам.
Как его, Клоп?
– Ну вы вообще, – покачал Клоп головой, поправил ремень ижевского самозарядного дробовика и ткнул пальцем в пироманта. – Тебе еще бабу свою наголо побрить, и в натуре командой лысых будете.
– Че сказал? – напрягся Напалм.
Я с трудом удержался, чтобы не отступить в сторону, так резко повеяло от пироманта жаром.
Клон развел руками:
– Да шучу я, шучу!
– За такие шутки в зубах промежутки! – зло выдал пиромант.
– Как скажешь, – покладисто согласился наемник и отошел.
Я только вздохнул.
– Умеешь ты друзей заводить, ничего не скажешь.
– Пусть еще только вянет что-нибудь, глаз на жопу натяну! – заявил Напалм, передернул плечами и сунул руки в карманы куртки. Веять жаром от него перестало, но запах разогретой кожаной одежды никуда не делся.
– Что за татуировки, не обратил внимания? – спросил я тогда.
– Да уголовники, наверное, – поморщился пиромант и развернулся к воротам. – Ну наконец-то!
Из села выехали три телеги и зеленая «буханка» с заваренными боковыми окнами, следом неспешно шествовал священник и пара караульных, один с автоматом Калашникова, другой с помповым дробовиком.
Черная ряса святого отца удивительным образом сочеталась с готическим стилем Лики, но друг на друга они глянули без всякой симпатии, скорее уж наоборот. Священник обошел телеги и обрызгал их святой водой, затем окропил и автомобили.
– Езжайте с Богом! – напутствовал он нас и отправился в обратный путь.
– Едем, на! – скомандовал Серый.
