Вернув шар фиолетово-прозрачного камня в карман, я застегнул куртку, поправил разгрузку и натянул перчатки. Под ботинками влажно чавкала земля, но грунтовые воды уходили с ручьем и подтоплено поле не было. Это немного успокоило. Думал, будет хуже.
– Ручей из виду не упускаем, но и не приближаемся. Мало ли что оттуда вылезет.
– Ясен палец! – фыркнул пиромант.
– Ну, с богом!
Я двинулся от кустов к следующей рощице, Напалм зашагал следом и не удержался от язвительного замечания:
– Бога нет!
Я отмалчиваться не стал и, поглядывая по сторонам, ответил пироманту ничуть не менее язвительно:
– Напалм, я уважаю чужие религиозные убеждения, поэтому давай не будем выносить друг другу на эту тему мозги. Ага?
– Религиозные убеждения? – не понял пиромант. – У меня нет религиозных убеждений! Я атеист!
– Не хочу тебе расстраивать, но атеизм – это такая же религия, как и все остальные. Просто атеисты верят в отсутствие Бога, только и всего.
Напалм аж подавился от возмущения.
– Лед, ты че гонишь? Я не верю, я знаю!
Я внимательно оглядел рощицу впереди, двинулся в обход и хмыкнул:
– И знание это получено свыше? Хреновый из тебя атеист, Напалм.
– Нет никаких доказательств существования Бога!
– Не примазывайся к агностикам, – рассмеялся я. – Это агностики не знают, существует Бог или нет в силу отсутствия доказательной базы. А вот атеисты просто верят.
Пиромант оглянулся на следовавшую за нами на некотором отдалении жену и привел очередной аргумент:
– Я много думал об этом, это мое осознанное…
– Бла-бла-бла!
– Блин, Лед! Да ты просто боишься трезво взглянуть на вещи! Тебя пугает осознание собственной смертности. Принятие того, что после смерти ничего нет, попросту разрушит тебя как личность!
– Пугает? – хмыкнул я. – Напалм, ты действительно хочешь напугать отсутствием посмертного существования того, кто верит в ад и точно знает, что именно туда он и попадет на целую, мать ее, вечность? Серьезно?
– Да иди ты в жопу, Лед! – не выдержал Напалм. – Что ты за человек такой?
– Просто признай, что боишься заслуженного воздаяния. Вечность в котле с кипящей смолой, каково это тебе?
Пиромант задохнулся от возмущения и приготовился разразиться гневной тирадой, но я приметил впереди пятно пожухлой травы и вскинул руку.
– Проехали!
Напалм шумно выдохнул и налетевшую на него мошкару спалил с видимым удовольствием. А я присмотрелся к подозрительному пятну с неровной, словно перекопанной землей, и решил его обойти стороной. Под ногами зачавкала раскисшая земля, зато не пришлось приближаться к обиталищу неведомой твари.
– Снежные черви? – предположил Напалм.
– Хрен знает, – сознался я. – Те на лето вроде глубже зарываются.
Пиромант вздохнул и вытащил из кармана упаковку жевательной резинки.
– Мир, дружба, жвачка? – предложил он мировую и тут же добавил: – Тебе фантик, мне жвачка!
– Договорились, – только и усмехнулся я в ответ.
Мы прошли еще с полкилометра, когда я ощутил приближение второй силовой линии. При этом магический фон особо не возрос; видимо, сказалась близость Границы, куда и утекали излишки энергии.
– Смотри! – вытянул руку Напалм.
Я пригляделся и поначалу ничего не увидел, а потом в воздухе вдруг блеснула прозрачная нить. Точнее – паутина, которая протянулась от одних кустов к другим.
– Пережечь? – спросил пиромант.
– Сдурел? Обойдем.
Пиромант погасил загоревшийся на ладони огонек и разочарованно вздохнул.
– Долго нам еще? – спросил он, шагая следом.
– Уже нет, – ответил я, уловил краешком глаза какое-то движение слева и замер на месте. Нажал кнопку на гарнитуре рации и сообщил Вере: – От меня на десять часов!
– Вижу, – отозвалась девушка. – Косули.
– Идем дальше.
Две силовых линии встретились, скрутились в единое целое и ушли в сторону, а ручей расширился и превратился в небольшую заводь, по серой воде которой ветер гнал мелкую быструю рябь. Окно располагалось где-то поблизости; неким неведомым чутьем я ощущал присутствие перехода в реальный мир. Будто сквозило чем-то таким…
Теплом, что ли?
– Окно где-то здесь, – произнес я, разглядывая поле размером в пару футбольных стадионов.
– Ищи быстрее, – потребовал Напалм. – Погода стремная какая-то. Не нравится мне здесь.
Я переключился на внутреннее зрение, и очень быстро окружающая действительность раскрасилась отблесками переполнявшей пространство энергии. Две мощных линии, непонятные пятна и скопления. И островок стабильности прямо по курсу. Серый, будто магия уходила оттуда в иной мир.
Окно точно там. Сто процентов. Только вот «островок» занимал никак не меньше двух третей общей площади поля.
Я вздохнул и зашагал, рассекая интересующий меня участок надвое. Напалм двинулся следом, а Вера осталась нас прикрывать. Она присела у кустов, и ее силуэт полностью слился с листвой.
Неожиданно впереди на траве засеребрилась изморозь; я осторожно приблизился и увидел в самом центре заиндевевшей поляны покрытую льдом лужу. Подступил к ней и разглядел отражение ночного неба с яркими зелеными точками звезд.
