– Не запутайся в случайностях, – хмыкнул Эрдьяр.
– Спасибо за совет, дружище, – девятая… Хрясь!
Седоволосый пожал плечами, рассматривая тонкую струйку песка, высыпающуюся на пол. Так и знал, что стекло в этих часах совсем не прочное.
Он отошел от камина и снова опустился на диван, немного сдвинув в сторону ноги спящей девушки. Несмотря на показное спокойствие, Айсайар напряженно думал. И думал настолько усиленно, что ему казалось, даже в соседнем крыле слышат шорох шестеренок, крутящихся в его мозгу. Седовласый пытался понять, что вокруг него происходит. Он всем своим существом чувствовал, как сплетаются вокруг него нити Внешней Силы, и как впиваются в кожу нанизанные на них события. Все, что Айсар сейчас понимал, так это то, что девчонка с каштановыми волосами играет явно не последнюю роль во всем, что сейчас происходит или собирается произойти. Его редко одолевали предчувствия, если не брать в расчет ощущения при появлении нового пробуждающегося, но то, что происходило с ним сейчас, не иначе, как предчувствиями не назовешь.
Айсайар посмотрел на Дарью. Теперь она перевернулась на спину и вцепилась тонкими пальчиками в край пледа так, что побелели костяшки. Умиротворенное выражение слетело с ее лица, будто бы его и не было – ей снилось что-то плохое. Не страшное, просто неприятное.
«Как же так вышло, девочка, что за столько лет ты единственная рвущая грани? Почему сейчас?»
Айсару казалось, что в этих вопросах есть что-то важное и что Дарья бы смогла ответить на них. Может быть, она не знает ничего конкретного, но должна же она чувствовать, что с нитями что-то не так? Хотя бы где-то глубоко, на уровне подсознания?
Седовласый в последний раз взглянул на спящую девушку и решился. Он отложил трость, соскользнул с дивана на пол, присел перед ней на колени и попытался взять ее за руку. Это оказалось не так-то просто, Дарья вцепилась в жесткую ткань так, будто бы от этого зависела ее жизнь. Айсайар осторожно разогнул холодные пальцы и переплел их со своими.
– Ты уверен? – спросил Дьяр, сощурив глаза.
Друг всегда так ставил вопрос, когда не одобрял решений седоволосого. Если он поддерживал его идеи, вопросов не звучало вовсе.
– Я хочу посмотреть, кто она на самом деле, – пробормотал Айсар.
– Человек, – совершенно серьезно ответил Эрдьяр. – А у тебя есть сомнения?
– Не то, чтобы… И еще я хочу знать, как она пробудила во мне силу.
Он уже увидел нужную нить и с ее помощью начал проникать в ее замутненные сном мысли. Сначала только немного дотронулся до погашенного сновидениями сознания. Ему показалось, что оно похоже на клубящийся туман – теплый и мягкий. Но, хоть этот туман манил и притягивал своим уютом, ему не сюда. Седоволосый потянулся за тоненькой, отливающей золотом нитью, и нырнул еще глубже. В подсознание. На этот уровень попасть было гораздо тяжелее – его граница по ощущениям напоминала полосу ураганного ветра, через который пройти почти невозможно. Подсознание продолжало сопротивляться, но Айсар чуть сильнее дернул за нить и выпал на сочную темно-зеленую траву.
Седоволосый приподнялся на локтях и с любопытством оглянулся. Серые краски окрашивали все вокруг. Рядом с местом, куда он вывалился, бежала тротуарная тропинка, вдоль которой через равные расстояния стояли кованные лавки тонкой работы. Весь пейзаж как будто бы был затянут паутиной – она оплетала лавки, свисала с малахитовых деревьев, стелилась по некошеной траве. Дарью он увидел не сразу. Она сидела на одной из произведений кузнечного искусства спиной к нему как раз в том месте, где дорожка загибалась причудливой дугой.
За время своей работы с пробуждающимися, седоволосый заметил, что силы, которые получают люди, так или иначе связаны с их жизнью. И теперь он желал знать, что в ее прошлом сделало ее такой же, как он. «Копаться в прошлом других людей – нормальное желание для того, кто не помнит своего прошлого», – подумал Айсар. Седоволосый несколько разочарованно вздохнул. Он надеялся попасть в ее воспоминания, чтобы разобраться, , почему она такая. Но попал всего лишь в ее сон. «Пусть будет так, – подумал парень. – Посмотрим, что получится из этой затеи».
Айсайар направился в сторону одиноко сидящей девушки. Чем ближе он подходил, тем сильнее он замедлял шаг. Седоволосому вдруг начало казаться, что он лишний в этом сне, что он не имеет никакого права здесь находиться. В паре шагов от заветной лавки он и вовсе замер, но тут же обругал себя за сентиментальность – не иначе, это атмосфера сна на него так влияет. Айсар сжал ладони, чтобы избавиться от неприятных ощущений, и сделал последний шаг.
– Ты кого-то ждешь? – спросил он, отметив, что его голос звучит будто бы издалека.
Дарья вздрогнула и обернулась. Она секунду вглядывалась в его лицо, стараясь узнать в нем знакомые черты, но вскоре огорченно опустила глаза. Конечно, она ждала не седоволосого.
– Я надеялась, что придет Кирилл, – она вздохнула, обхватила себя руками, пытаясь согреться, и уставилась вдаль невидящим взглядом.
– А пришел я, – Айсар почти почувствовал вину за то, что он не упомянутый Кирилл.