Он решительно надел колечко на средний палец ее левой руки и почувствовал, как душу захлестнуло ликующей радостью. Все встало на свои места, и он впервые почувствовал, что Бекки – его. Его – от пальчиков на ногах до кончиков волос. Навсегда.
Он принялся нежно целовать жену, но очень скоро нежность уступила место страсти, и тишину кабинета нарушили тихие стоны Ребекки.
Он не смог последовать собственным разумным решениям. Мысль о том, что, возможно, это последний раз, когда он видит жену, желание хотя бы напоследок признаться в своих чувствах – не словами, нет, поцелуями, прикосновениями – заставило его забыть о благоразумии.
– Бекки, я люблю тебя, – вырвалось у него на пике страсти.
И он почувствовал, как рванулась навстречу жена, как прерывисто вздохнула и тихо простонала:
– Я люблю тебя, мой невозможный муж.
Я сидела на садовой скамье и гладила Шанти. Мой зверюга млел и подставлял то голову, то бока, стремясь получить как можно больше ласки.
– Что, малыш? Думаешь, с Тианом все будет хорошо?
Арс заурчал и ткнулся лбом в мою ладонь.
– Да?
Шанти басовито тявкнул и перевернулся на спину. Мне бы его уверенность.
Вчера, когда Тиан сказал те слова о любви… Почему-то мне показалось, что он со мной прощался. Вот просто сердце как-то так дернулось в ответ, и в душе возникло щемящее и грустное ощущение. Мне бы радоваться, что муж меня любит, а я тогда едва не задохнулась от накатившей нежности и страха. Даже страсть отошла на второй план.
Тиан не стал посвящать меня в подробности происходящего.
– Все будет хорошо, Бекки, – твердил он на все мои расспросы. – Не думай о плохом. Мне всего лишь нужно найти одного человека.
– И поэтому ты уезжаешь?
– Это ненадолго, Бекки, на пару дней.
Он целовал меня, гладил мое лицо, мне даже показалось, дышал мной, а я чувствовала тревогу и смятение. Нет, не все так просто, как он говорит. И не настолько безобидны эти поиски.
– Не против, если я присяду? – мелодичный голос Анны заставил меня оторваться от тревожных раздумий.
– Да, конечно.
Я неохотно подвинулась. Общаться с бывшей женой Тиана мне не хотелось. Да, я ревновала. Примитивно, глупо, совершенно нелогично. И ничего не могла с собой поделать. При одной только мысли, что Энн и Тиан были близки, что он целовал ее, шептал слова любви, у меня внутри все сжималось от какой-то животной боли. «Мой! – хотелось крикнуть мне. – Тиан – только мой!»
Мягкая ладонь накрыла мою руку.
– Мы можем поговорить, Ребекка? – тихо спросила Анна.
Сосредоточенность, грусть, сочувствие, любовь – как у Энн получалось передать так много всего одной фразой? Я давно заметила, что слова императрицы – не просто слова. Они всегда несут в себе очень много эмоций и чувств, и это притом, что сама Анна достаточно сдержанна.
– Если хотите, – я пожала плечами. Подпадать под обаяние Энн мне категорически не хотелось.
– Наверное, Тиан рассказывал тебе о своей жизни, и ты знаешь, что мы с ним были женаты, – начала Анна. – И, скорее всего, тебе не очень приятно со мной общаться. Я понимаю тебя, Бекки. Очень хорошо понимаю. Но поверь, все, что ты думаешь о прошлом, не совсем верно, – императрица слегка сжала мою ладонь. – Тиан женился на мне только для того, чтобы защитить от домогательств императора. Когда погиб Артур, я носила под сердцем ребенка. Рождение и воспитание малыша всегда сопряжено с трудностями, а уж если этот малыш ледяной, то трудности увеличиваются в несколько раз, – она замолчала ненадолго, словно вспоминая те давние времена, а потом продолжила: – Теодор требовал, чтобы я вышла замуж, и подобрал нескольких лордов, один из которых должен был помочь моему ребенку справиться с силой льда и научить всему, что должен знать Истинный. Правда, никто из кандидатов не подходил на эту роль. И тогда Тиан объявил о праве крови и женился на мне, разрушив тем планы императора. Ведь Теодор специально отобрал самых непригодных претендентов на роль моего мужа и нового наместника Сарты, чтобы я согласилась на его предложение руки и сердца.
Анна снова замолчала. Я тоже не торопилась что-либо говорить. Да, я понимала, почему Энн вышла за Тиана, но это ничего не меняло. Моя ревность не стала меньше от того, что я узнала истинную причину их брака.
– А ваш муж, Артур… Он никогда вас не ревновал? – вопрос вырвался сам собой, и я тут же пожалела об этом.
Надо же, сама себя выдала! А, ладно. Пропадать так пропадать.
– Нет. Во всяком случае, Арт никогда этого не показывал.
– Неужели он не представлял вас с братом, не думал о том, как все было?..
– Мы с Тианом никогда не были близки как муж и жена, – тихо сказала Энн.
– Что?
– Наш брак так и не стал настоящим, – повторила Анна. – Для меня никогда не существовало другого мужчины, кроме Артура, и я не смогла его забыть. А Тиан… Именно из-за меня он возненавидел брата. И именно из-за меня случилось то, что случилось. Если бы не проклятие, которое он получил, пытаясь пробудить мой дар, возможно, он никогда бы не воспылал ко мне страстью. И все было бы совсем иначе.
Она замолчала, а я ошарашенно обдумывала услышанное.
