— На этот счет у нас нет никаких распоряжений, — роботы переглянулись меж собой.
— Так, может, вам разрешено показывать это место для тех, кто законным способом попал сюда? Мне разрешили войти, а, значит, я уже своя, — продолжила логическую цепочку Эллисон, подражая Дэну. Роботов она поставила в тупик, ибо они не понимали конечной цели автогонщицы. Но говорила она складно.
— Хорошо, — произнес правый. — Мы покажем место, где держат подопытных.
Покинув башню, они направились к месту, напоминавшему вольер для диких зверей. Длинные ряды сеток тянулись вдоль мощеной дорожки. За ними виднелись бараки, сбитые кое-как. Между досками порой зияли просветы, и тогда в них временами появлялись глаза, молящие о помощи.
Роботы провели ее к одному бараку.
— Они все одинаковые. Знакомства с одним будет достаточно, — произнес один из роботов, набравший комбинацию, позволившую открыть ворота.
За сетью царил неприятный запах. Пахло болью и отчаянием, мочой и потом, испражнениями и кровью. Эллисон провели к ближнему бараку. Несмотря на хлипкость стен, дверь сделали довольно прочной. Очевидно, люди лишились воли, боясь совершить побег. Как же их там мучили?
Внутри барака все стало несколько понятнее. Заключенные ютились за решетками, словно находились в тюрьме. Их разбили на четверки, но в дальнем углу находились камеры-одиночки.
Эллисон все выискивала знакомое лицо, но так и не находила. Пока не добралась до одиночных камер.
— Кого там держат? — спросила она у стражей.
— Тех, кто больше всех сопротивляется и не подчиняется правилам, — сообщил робот.
Люди сидели на голом полу и не смели возражать. Они даже не просили их спасать, не кричали и не топали, будто из них высосали все жизненные силы.
— Я хотела бы на них посмотреть, — попросила Эллисон.
Роботы не стали предупреждать, что это опасно. По большому счету, им было все равно. Автогонщица — чужая для них, сохранность ее жизни не является приоритетной задачей.
Замки камеры-одиночки открывались определенной командой, которую набирали на пульте управления роботы. Распахивались створки, и на глаза Эллисон попадались озлобленные лица измученных людей. И в последней камере она увидела знакомое.
Рикки выглядел бледным. Кожу его покрывали странные письмена, а взгляд был затуманенным. Эллисон щелкнула пальцами, и он бросился на нее, но удержали на месте цепи, натянутые до предела.
— Рикки, это я, — еле слышно прошептала Эллисон. Татарин немного успокоился, и отошел вглубь камеры.
Эллисон сделала шаг вперед.
— Я же могу немного поговорить с ним? — спросила автогонщица. — Так сказать, узнать состояние подопытного.
Роботы возражать не стали.
— Дашь знак, приложив ладонь к панели, — показал один из роботов-охранников. — У вас будет три минуты.
Маловато, конечно. Эллисон кивнула охранникам и сделала еще один шаг навстречу неизвестности. Створки камеры-одиночки захлопнулись за ее спиной.
— Рикки, я твой друг, — произнесла автогонщица. — Ты же помнишь меня?
Татарин сидел с отсутствующим взглядом и раскачивался взад-вперед.
— Все это мне мерещится, — раскатисто засмеялся он. — Все это фантазии… моего воспаленного воображения. Но выхода нет, выхода нет…
Рикки, казалось, выжил из ума. Он не слышал Эллисон. И девушка решилась подойти к нему и коснуться руки. Татарин взвыл, будто его коснулся разгоряченный утюг.
— Успокойся, это всего лишь я, — прошептала автогонщица. — Эллисон…
— Нет! Нет! — тряс головой татарин. — Вы опять будете вкалывать мне в вену наркотики! Уйдите, предатели в белых халатах!
Рикки схватился за голову и принялся рвать на себе волосы, которых не было.
В его венах текла огненная кровь. И положить конец страданиям она не могла.
— Я вернусь за тобой, — прошептала Эллисон, прикладывая ладонь к сенсорной панели.
*****
— А что с ними будет дальше? — автогонщица бросила печальный взгляд на людей, сидевших в клетках. Роботы подгоняли ее тычками в спину, нетерпеливо выгоняя из барака. Видела больше положенного, скорее всего. Но роботы даже не думали на сей счет, они просто выполняли приказы.
— Можем показать, — сообщил один из роботов. — Если получите работу у главного, то будете создавать солдат.
Двери барака закрылись за ними, и Эллисон последний раз посмотрела на здание пыток и зверств. Но вели ее не в лучшее место.
За бараками оказались новые постройки, и в их числе — странный вольер. Оттуда пахло заплесневелой травой и болотом. Запах застоялся, словно там купали выводок свиней. Впрочем, Эллисон оказалась недалека от истины в своих рассуждениях: за вольером обнаружились странные создания. Разодетые в штанишки, шортики, манишки, рубашки и футболки, по вольеру разгуливали рептилии. Словно большие крокодилы или вараны, они рычали друг на друга и отвешивали удары когтистыми лапами.
— Что это за создания? — спросила Эллис, вовсе не желая получить ответ. Она и так понимала, что видела не прямоходящих безмозглых зверей.
— Это участники эксперимента на предпоследней стадии, — сообщил один из роботов.
