Такой вопрос задать, значит, оскорбить. А мне этого категорически нельзя делать.
Представилась, назвала причину визита и попросила помочь.
— Ох, ты ж! Сама Наташа, я-то слеповата стала. Не признала. Ты же в церковь-то токмо по большим праздникам. А ведь я на твоих крестинах была, и на венчании твоих родителей… Без венчания наш-то старый батюшка не соглашался крестить. Старого порядку был. Царствие ему небесное, такой праведник, отец Пантелеймон, такой праведник…
Она говорит, а у меня в душе смятение, словно сейчас произойдёт самое важное событие…
— А как-то эти записи можно посмотреть и справку, ну, то есть выписку из книги сделать? — срывающимся голосом спрашиваю у старушки.
— Так, чего же нельзя, сейчас позову отца Сергия, он всё и покажет…
Последние слова она прошептала уже на выходе.
Я и «Отче наш» не успела трижды прочитать, как мне уже принесли огромную, старинную книгу, с приятным, характерным запахом древности. От неё энергия такая, что руки щиплет. Это же вся история, всех местных родов, семей, живой архив. То, чего мне так не хватало в моей настоящей жизни, всегда хотелось узнать, кем были мои предки, в прошлые века, но увы все данные утрачены.
Отец Сергий очень по-доброму со мной поздоровался, выслушал и быстро нашёл все записи.
— Я сейчас сам перепишу эти сведения, и церковную печать поставлю, как понимаю, вам это для наследства нужно?
От волнения и говорить не могу, киваю.
— Подождите несколько минут, сейчас вернусь.
Он действительно вернулся с листом плотной бумаги. Не простой документ, а реальное свидетельство заполнил, на церковном бланке, отпечатанном типографским способом.
Мне осталось только взять эту бесценную бумагу, фактически документ о моей свободе. Начинаю благодарить, и в этот момент в храм вошли Петрович и Миша.
— Я не бастард! — только и смогла выговорить, и протянула «мужу» бумагу.
— Уф! Это всё меняет, нужен ли я теперь тебе? — его неожиданный вопрос загнал нас в тупик. Стою, открыв рот, смотрю на него и не понимаю, что отвечать? В каком смысле нужен не нужен? Наша свадьба у судьи останется формальностью?
Какое счастье, что рядом всё ещё стоит отец Сергий, кажется, он всё понял о нашей щекотливой ситуации. Улыбнулся и такие слова подобрал, что у меня по спине мурашки табуном пронеслись:
— Как понимаю, у вас светский брак? И вы теперь в замешательстве, стоит ли это дело продолжать? Послушайте моего совета: никогда Господь не приводит в нашу жизнь бесполезных людей. Всё на пользу, всё для науки душе, даже горести и печали, не говоря уже о радости и счастье. Вы красивая пара, и я вижу между вами нежные чувства, пусть и не проявленные, как должно. Но раз вас судьба столкнула, видимо, ей нужен ваш союз, и если нет между вами непреодолимых препятствий, то я был бы счастлив провести обряд венчания, скажем, после Троицы. Время у вас на раздумья есть, можно и в городе, но тут-то всё родное.
Мы с Петровичем мгновенно выдали себя. Наши лица осветились сияющими от счастья улыбками. Как же хорошо, когда кто-то мудрый предлагает решение, на какое сам бы не смог решиться, постеснялся бы или не додумался.
— Мы согласны! — шепчу и снова улыбаюсь. А у моего мужа-жениха, кажется, от переизбытка чувств дар речи пропал. Он только кивнул, взял меня за руку, и батюшка нас благословил, добавив, что сильные руки крепких хозяев очень нужны этим землям и хозяйству.
Из храма мы вышли совершенно иными людьми…
Что-то в душе появилось основательное, как краеугольный камень, на котором уже можно строить всё и семью, и дела, и вообще жизнь.
— Я влюбляюсь в тебя, Наташа, и с каждым днём всё более и более. Спасибо, что крикнула в тот день эту историческую фразу…
— Петрович, женись на мне, теперь уже по-настоящему…
— Мечтаю об этом денно и нощно. Будь моей женой, Наташа, пожалуйста.
— С превеликим удовольствием скажу тебе да в этой самом храме.
Хватаем друг друга за руки и возвращаемся к отцу Сергию, подтвердить день венчания и уточнить все тонкости таинства.
— Благослови вас бог! — довольный, что мы так быстро решились не жить во грехе, отпустил нас с миром, разгребать огромные юридические проблемы. Но теперь со свидетельством о браке родителей Офелии, всё станет намного проще.
Я теперь настоящая графиня!
Пока мы выясняли тайны прошлого в храме, Мишаня, как основательный хозяйственник закупил у местной молочницы три бутыли с молоком, голову молодого сыра, напоминающего брынзу, горшок с топлёным маслом. Три круглых ржаных, невыносимо ароматных хлеба. Захотелось отрезать краюху, намазать маслом или хоть бы сыра поверх и зажевать.
Но решили, что лучше это дело с горячим чаем, да с зеленью, чтобы не на ходу. Быстро распределили всё по сумкам и поспешили домой, радовать своих домочадцев хорошими новостями.