Мы даже умудрились помириться с Марком Тимофеевичем. Объяснили ему ситуацию с бандой и пришли к выводу, что нам, как соседям общаться нужно по-дружески. И пока мы строим добротную конюшню, он забрал к себе Фрейю и Изумруда, подлечить пищеварение, зубы почистить, от паразитов пропоить травами, копыта поправить, у него отличный мастер-кузнец. И после всех СПА-процедур попробовать свести нашего красавца с перспективными кобылками. Если получится, то за каждую случку Марк нам по пятьдесят рублей заплатит. Это очень большие деньги, считай, мы продали ему ещё нерожденных жеребят. Пусть Изумруд старается, раз уж последний в своём роду, то обязан преумножать потомство. В общем, кони, это такая забота, что можно целыми днями только ими и заниматься, а у нас пока на это дело не хватает рук и опыта.
Леденцы тоже неплохую отдачу дают, непростой труд, но доход стабильный, однако, зимой нам придётся что-то придумать, на улице уже не поработаешь, надо бы в доме выделить помещение, но до этого надо ещё дожить.
Стараниями Петровича и Федота лесопилка ожила. Псов отловили, по разным деревням распределили и посадили на цепь, заново приручать пришлось. Но это уже мелочи, важнее всего, что предприятие начало работать. Лес в этих местах, да и в уездном городе самый ходовой товар.
Перед самой нашей свадьбой из столицы приехала Тамара Петровна со своими маленькими принцессами Олей и Полиной. Милейшая, спокойная женщина, образованная, работящая. Она тоже не просто так в городе сидит, на пансион от брата не рассчитывает, работает, делая переводы и редактуру текстов. Уж такая она приятная, что, кажется, наша княгиня полюбила её, с первой минуты, как увидела. А уж девочек затискала, при каждом удобном случае обнимая и целуя. Не ожидали мы от Пелагеи таких сентиментальных проявлений.
Стоит ли говорить, что Тамара нашла в нас надёжный тыл и семью. Так и сказала, что жила постоянно с ощущением тревоги, брат одинок, она тоже вдова офицера, и с двумя девочками, кто её замуж взял бы. Без крепкой семьи, перебиваясь не самыми большими деньгами, с трудом сводя концы с концами в столице очень тяжко. Но теперь всё иначе.
— Позволишь ли ты, Наташа, называть тебя сестрой! Мне так хорошо в вашем обществе, так приятно. Словно душа попала в рай.
— Конечно! Мне очень приятно, — обнимаю её и понимаю, что вот так выглядит настоящая дама и мне надо срочно у неё учиться светским манерам. Иначе опозорюсь, общаясь со знатными людьми.
Самое приятное, что Миша и тётя Тамара очень поладили, девочки за новым братом как хвостики. Всё им в поместье интересно, он их и за земляникой водил, и рыбалку показал, и цыплят, и котят. Девочки в восторге, особенно от того, что старший братец на зиму переезжает к ним учиться.
Накануне привезли наши свадебные наряды, букет из белых роз, трот испекла наша новая кухарка Лидия, и к пиру всё готово, и столы в поместье, и гости. Осталось собраться и проехать в карете к храму.
Всё складывается так хорошо, что становится немного подозрительно…
Не заготовила ли судьба мне неприятный сюрприз…
Но лучше не думать о плохом.
И по возможности мне пережить этот замечательный день. Главное, не свалиться в припадке, как в момент похорон.
Все думают, что я жутко волнуюсь из-за свадьбы, но мы с Петровичем правду никому не сказали. А про сорок дней он и сам догадался. Утром мы обнялись, прошептали слова любви и пришлось на время расстаться.
Тамара сделала мне красивую причёску, надела диадему и колье, всё из тех украденных богатств, какие мы нашли в тайнике Евдокии.
Красивое платье, кружевная фата, и я сама себе так понравилась, что невольно всплакнула. Ну невозможно хорошенькая.
По местному обычаю жених ждёт невесту в храме, потому мой любимый уже уехал и не увидел моего триумфального выхода.
— Какая ты красивая, моя дорогая! Хоть бы девочка родилась у вас с Даниилом, осчастливили бы меня на старости лет, — прошептала княгиня и поцеловала меня в лоб, перекрестила, пожелав всего-всего, что, по её мнению, необходимо для настоящего счастья.
Мы чинно вышли из дома, расселись по каретам и отправились в храм, на настоящее венчание.
Стоит ли говорить, как мой милый Даниил Петрович прослезился, увидев меня с двумя племянницами, и Мишей среди цветов.
— Здравствуй, любовь моя! Как ты себя чувствуешь? — шепнул мне на ухо перед началом таинства.
— Очень хорошо, я чувствую себя самой счастливой…
И обряд венчания начался.
Кажется, это то, чего мне не хватало. С каждым словом отца Сергия мне становится всё легче и легче, новый мир и новая жизнь окончательно приняли меня. Я стала Наталией Андреевной Ланской по закону мирскому и божьему.