— Вы поженитесь не раньше чем через три недели, и не здесь, а в Лонг-Чарте, — объявил герцог. — И потом, виконт, надеюсь, вы подготовите для моей дочери приличный дом со слугами, неважно где.
— Я буду строить дом здесь, — сказал Дариен, не сводя глаз с Теи. — Если только ты не против, моя любовь.
Место было совершенно неподходящее, но она понимала, что никогда ему об этом не скажет.
— Здесь очень красиво, и мне нравится старый замок. Скажи только, мы сейчас не в болоте?
Он поморщился.
— Боюсь, что пока так. Я непременно займусь осушением, но это не так просто и не очень быстро.
— Тогда почему бы не построить дом повыше, на холме?
— Ну, разумеется: именно там я и хотел возвести новый дом: ты зришь прямо в корень проблемы. Надо только решить, где конкретно.
Он подошел к открытой двери и оглядел окрестности.
Тея начала злиться, оттого что не могла оставить скамейку, но тут наконец вернулась Харриет с чулками и туфлями, не вполне подходящими для этих мест, но ничего не поделаешь: пришлось надеть.
Тея встала и хотела было подойти к Дариену, но остановилась на полдороге и посмотрела на отца. Герцог, совершенно неуместный в такой обстановке, покачал головой и махнул рукой.
Следующий час они провели вместе: выбирали самое пригодное место для дома, их дома! Их рая! Она осторожно выбирала, куда ступить, иногда оказывалась у него на руках и не раскаивалась в этом!
Они нашли наконец участок, достаточно высоко расположенный, сухой и не обещающий никаких сюрпризов в будущем, и повернули назад, держась за руки.
— А сильно заболоченный участок превратим в пруд.
— Все к лучшему в этом самом лучшем из миров.
— Похоже на цитату. Откуда?
— Из «Кандида» Вольтера. Совершенно нелепая история.
— Ну, эта фраза таковой не кажется.
— Напротив: там череда несчастий.
— Тогда не будем больше об этом.
Они очень нежно поцеловались: ни к чему скандалить, если приз так близок.
Когда они, рука в руке, зашагали к конюшне, Тея сказала:
— Я когда-нибудь говорила, что ты был похож на корсара?
— Корсара лорда Байрона? Разве он не списал его с самого себя? Мадам, вы хотите обвинить меня в том, что у меня поэтическая натура?
При мысли об этом она хмыкнула.
— Но ты должен признать, что тогда появился в свете в образе человека одинокого и таинственного.
— Не по своей воле. — Дариен ласково сжал ее руку. — Ты не упомянула про главную заботу, Тея. Но здесь я не изгой: местные джентри оказались настолько гостеприимными, что теперь мне ничто не угрожает.
— А что угрожало?
— Юные леди, которым очень хотелось исправить мои недостатки и стать виконтессами.
— Какие недостатки? — уточнила Тея, но тут же, не дожидаясь ответа, добавила: — Теперь я понимаю, что действительно не следовало дожидаться сентября.
Дариен опять обнял ее и поцеловал.
— Ты и правда так думаешь?
Она прижалась к нему.
— Да. Я не могла больше вытерпеть ни минуты.
Стоять вот так, обнявшись, было настолько хорошо, что они, как могли, продлевали эти мгновения.
Наконец Тея подняла на него глаза.
— Здесь негде уединиться. Может, поедем в Лонг-Чарт? А дом может подождать: построим его вместе. Несмотря на то что сказал мой отец, я совсем не против пожить и в домишке егеря… какое-то время, по крайней мере.
Дариен поцеловал ее в кончик носа.
— Рад, что ты все разложила по полочкам. А я все думал, куда отправится моя Богиня.
Она засмеялась, но спросила:
— А куда отправился твой брат?
— В Ланкашир на время. Он все играет в управляющего сельхоз-работами. Не знаю, на чем, в конце концов, остановится его интерес…
Они вернулись на конюшню рука об руку, обсуждая дела Фрэнка, их дом, их будущее.
Когда они появились на пороге, терпение у герцога лопнуло. Он потребовал показать дорогу к какому-нибудь благопристойному постоялому двору и увез Тею. Дариен ненадолго задержался, и то лишь для того, чтобы прилично одеться, а потом присоединился к ним за роскошным ужином. На следующий день они все вместе отправились в Лонг-Чарт на свою свадьбу.
Если герцог испытывал некоторые сомнения по поводу брака, то герцогиня — совершенно нет. Всплакнув от радости, она с головой ушла в приготовления к свадьбе года. Что бы ни говорила Тея, это не могло изменить ее отношения. И поскольку мать не пыталась отложить предстоящее событие, Тею это перестало беспокоить, и едва выпадала возможность, они с Дариеном уединялись.
Они много гуляли, устраивали конные прогулки, ездили по окрестностям, и Тея показывала ему свои любимые места. Вдобавок у него оказался хороший голос, поэтому они, в конце концов, составили дуэт и выступали перед знакомыми.
Их дом будет полон музыки.
Однако время побыть наедине было для них строго ограничено — казалось, все графство захотело встретиться с виконтом Кейвом: одно светское мероприятие следовало за другим. Некоторые соседи хотели познакомиться с ним просто из любопытства и были в восторге от него. Сейчас это было вовсе не удивительно: Дариен сильно изменился. В нем, конечно, сохранились властность и энергия, которые привлекли и напугали ее при первой встрече, но он стал менее замкнутым и более сердечным.
