— Сволочь! — рявкнула Света. — И ты сволочь, и твой фотограф тоже. Но все равно, можешь рассказывать, меня за это не уволят. Ну и что с того, что я разрушила семью этой Матрены? Так ей и надо! Если бы мужик ее сюда сам не пришел, я бы ему домой эти фотки послала. Давно хотела и Миле, и этой ее подружке, толстозадой Матрене, отплатить.
Сна редкостная стерва! Вечно припрется к своей подружке разлюбезной и давай обо мне гадости говорить. «Что это ты, Светочка, до сих пор не замужем?» — передразнила Света голос Матрены Петровны.
И, переведя дыхание, она продолжила:
— Только и знала, что своим мужем кичиться. Вот и пусть теперь одна поживет. Ничего, небось не облезет.
— Ну ты и дрянь! — взвизгнула Зинуля. — Мелкая, пакостная дрянь.
— Да, я такая! — с вызовом произнесла Света. — Но оттого, что я сделала, нашей Марине Игоревне ни горячо ни холодно. Так что ты, Зинуля, помолчала бы! Я в отличие от некоторых ничего такого не делала, чтобы разорить «Казанову».
— Тише ты! — испуганно шикнула на нее Зинуля. — Разболталась!
Но разошедшаяся Светка не желала говорить тише.
— И ты мне рот не затыкай! — орала она. — Ты пока еще мне не начальство. Фирма, несмотря на все твои усилия ее разорить, до сих пор еще записана на Марину Игоревну.
— Она мне ее продаст! — тут же заявила Зинуля. — Прямо завтра и продаст! Мы с ней еще сегодня утром договорились. Как только улучит свободную минутку, так сразу подъедет, и мы с ней все детали сделки подробно обговорим. А ты как думала? Я уж постаралась сделать так, чтобы она поняла: ее фирме конец! Будь уверена — скоро я займу кабинет директора! А моей сестричке придется отсюда выметаться!
Глаза у Катьки расширились, и она изумленно посмотрела на Маришу. Но та выглядела еще более ошарашенной. И лишь приложила палец к губам, намекая подруге, что вмешиваться в беседу двух ее сотрудниц еще рано. Не мешает послушать дальше. А послушать, честно говоря, было что.
— Ну да, ты станешь начальницей и увеличишь мне зарплату вдвое, — убежденно произнесла Светка. — И ты знаешь, почему должна это сделать. И не мечтай, что тебе удастся меня обвести вокруг пальца. Ты сделаешь все, что я попрошу. И не только потому, что я могу рассказать Марише о твоих махинациях с арендаторами и бухгалтерией за ее спиной.
— А что еще? — вроде бы удивилась Зинуля.
— Я не такая дура, какой тебе представляюсь, — ответила Света. — И прекрасно понимаю, что сегодня я тебе нужна и ты обещаешь мне золотые горы. А завтра, когда фирма окажется в твоих ручках, ты можешь забыть все свои обещания. И чтобы этого не произошло, говорю открыто: я знаю о тебе еще кое-что.
— Да что ты можешь знать, пустышка? — пренебрежительно произнесла в ответ Зинуля.
— А хотя бы то, что ты встречалась с клиентами, которые приходили к нам! — заявила ей Света. — Например, я знаю, что этому стоматологу ты назначила свидание. И я уверена, что это у него ты провела ночь. А потом он взял и умер. Не странное ли совпадение? И этому замухрышке, который проторчал сегодня у нас в офисе все утро, ты тоже назначила свидание. И он согласился. Я же слышала! У нас перегородки как из бумаги. Мне было все слышно, о чем вы шептались!
Зинуля молчала.
— И вот теперь мне интересно, — продолжила Света, — жив ли еще этот бедолага? Или милый альпинист тоже отправился на тот свет следом за стоматологом? Что, он тоже от удара током в ванне скончался?
Некоторое время в кабинете царило ледяное молчание. Катя с Маришей тоже окаменели, не в силах поверить в то, что только что услышали.
— Ну что ты себе вообразила? — наконец раздался тихий голос Зинули.
Теперь в нем снова не было яда, один только сахар и мед.
— Как ты могла подумать, что я убийца? — продолжала она сладко петь. — Разве я похожа на чудовище? Скажи мне, Светик. Разве убийцы, они такие?
— Просто я тебе сказала, что знаю, — с удовлетворением произнесла Света. — Ты должна понимать, что я могу доставить тебе кучу неприятностей. И тебе выгодней дружить со мной, чем враждовать. Не так ли?
— Конечно, ты моя лучшая подруга! — с восторгом пропела Зинуля. — И как ты могла сомневаться во мне? Разумеется, я уже решила, что все доходы мы с тобой будем делить пополам. Хочешь?
— Хочу, — ответила простодушная Света.
Мариша досадливо поморщилась. Она знала Зинулю достаточно долго. И могла сказать, что большей скряги ей в своей жизни видеть не приходилось. И чтобы Зинуля стала добровольно делиться с кем-то, отдавая больше, чем у нее просили? Да никогда в жизни. Скорей уж этот мир перевернется вверх тормашками. Но тем не менее Зинуля давала такое обещание. А зачем? Не потому ли, что не собиралась выполнять его и по минимуму?
Но додумать эту мысль Марише не удалось. В офисе раздался сдавленный писк, а потом какая-то возня, шипение и звуки падения. И пока Катя раздумывала, что бы это могло означать, Мариша внезапно ожила.
— Вперед! — кинулась она к дверям офиса.
