— Я просто намекаю, что могу отправить ее в другой город, чтобы она начала всё сначала, с ребенком или без. Тебе решать. Я держал Алексу рядом, потому что часть меня не могла смириться с мыслью, что мой ребенок где-то там, а я не могу видеть, как она растет.
— Я справлюсь с Линн по-своему.
— Тебе решать, но Уилла Мэй не обрадуется, если Линн будет у нее на виду или ты станешь держать ее на стороне.
— Если хочешь спросить меня, трахаюсь ли я с Линн, спроси. Мы уже проходили через подобное с Алексой. Ты трахаешь Линн?
— Не в моем стиле. Так ты трахаешь ее?
— Нет, с тех пор как сошелся с Уиллой Мэй.
Мёрдер кивает.
— Пришей нашивку. Устрой что-нибудь с Уиллой Мэй. Я хочу загладить свою вину перед дочерью.
— Хорошо.
— Он хочет, чтобы я приготовила ужин или пригласила его к себе, чтобы он мог расспросить меня обо всем, что пропустил?
— Не могу сказать. Я просто пообещал, что поговорю с тобой, вот я и говорю, что он хочет узнать тебя поближе, раз уж ему не нужно проходить через Алексу, чтобы договориться о визите.
— Но он все еще не хочет, чтобы кто-то знал, что он мой отец. Разве ты не видишь, как это некрасиво, Ист?
— Знай, что он заботится о тебе. Это не делает его хорошим, но он заботится о тебе. Предложил перевезти Линн, чтобы она не была у тебя на виду. Хотел узнать мои планы. Спросил, не трахаюсь ли я с ней на стороне.
— Переселить ее? Что ты сказал? — Она удивленно вскидывает брови.
— Сказал ему, что разберусь с ней по-своему. Я не буду вычеркивать своего ребенка из своей жизни и не буду забирать его у нее, если только она не дерьмовая мать. Это не мой стиль.
— Конечно, нет. — Я вижу разочарование на ее лице.
— Ты хочешь, чтобы я заставил ее исчезнуть? Ты будешь растить ребенка со мной?
— Не знаю. Я еще не зашла так далеко в своих размышлениях. На этой неделе у меня выпускные экзамены, и Линн — последний человек, о котором хочу думать.
— Но нам нужно это обсудить.
— Ты прав, Ист. Я говорила тебе, что не знаю, смогу ли принять ребенка другой женщины.
— Но ты вышла за меня замуж. — Я целую ее в макушку, пока она листает свои учебные заметки на ноутбуке.
— Потому что я люблю тебя. Я хочу, чтобы у нас все получилось, дорогой. Я ненавижу ее. Ненавижу думать о ней. Сама мысль о том, что ее ребенок — твой, похожа на то, как если бы мои внутренности вырвали и разрезали на кусочки.
— Малышка. — Я обхожу диван спереди и переставляю ее ноутбук на журнальный столик. Затем опускаюсь на колени и кладу голову ей на плечо. Меня мутит от осознания того, что я причинил ей такую чертовски сильную боль.
Она обнимает меня, приникает губами к моему уху.
— Мы как-нибудь справимся.
— Хочешь поесть? — Я меняю тему.
— Ага. Что у тебя на уме?
— Я могу заказать сэндвич со стейком и картошку фри. Хочешь разделить со мной салат?
— Да. Ты заказывай, мне надо заниматься.
— Будешь как обычно?
— Стромболи, перец и лук.
— Понял. — Я беру мобильник и выхожу на крыльцо покурить, пока набираю наш заказ. У меня пропущенный звонок от Линн. Я не хочу сейчас иметь дело с ней. Она уже достаточно навредила на сегодня, а ее даже нет здесь.
«Линн… Это правда? Ты женился на ней? Я всегда думала, что это буду я. Думала, у нас было что-то хорошее, Ист. У меня будет твой ребенок. Я даю семью, которую ты всегда хотел».
Гребаный ад. Достала сучка. У нее нет ни черта из того, что мне нужно. Я провожу рукой по лицу и набираю номер Джованни. Заказ будет готов через двадцать минут. Бросаю сигарету в снег и возвращаюсь в дом, захватив ключи.
— Еду доставят к тому времени, как я приеду. Поедешь со мной или останешься здесь?
— Я остаюсь.
— Тебе нужно что-нибудь еще?
— Я в порядке. Езжай осторожно.
— Скоро вернусь. Люблю тебя. — Я быстро ее целую.
— Люблю тебя, милый.
— Иди закрой за мной дверь.
— А что, ты боишься, что меня схватит Бугимен?
— Нет. Он живет в Теннесси, и он мой друг. — Я подмигиваю, и ее лицо бледнеет.
— Ты шутишь?
— Нет. Он из «Отверженных дьяволов».
— Это клуб?
— Ты учишься. Запри дверь.
Она закатывает свои милые глаза лани к небу.
— Хорошо.
— Хорошая девочка.
Я закрываю дверь и жду, когда она запрет за мной, потом спускаюсь по ступенькам.
— Ист. — Я вскидываю голову при звуке своего имени. Чертова Линн. Лучше бы я никогда не брал ее в свою постель.
— Возвращайся домой.
— Это должен быть наш общий дом. Она там?
— Линн, черт возьми, уходи. Тебя тут ничего не ждет. — Эта сучка меня бесит. У нее нет причин быть здесь. Вообще никаких.
— Скажи мне, что это неправда. — Она переводит взгляд на мою левую руку и замечает обручальное кольцо. Ее нижняя губа дрожит, она качает головой из стороны в сторону. — Нет. Нет.
— Я говорю тебе в последний раз. Уходи отсюда.
— Как ты можешь? — Она бежит ко мне, ее короткие светлые волосы хлещут по ее лицу. — Это должна была быть я, — кричит она, стуча кулачками по моей груди. — Я рожу тебе ребенка.
— Я никогда не просил тебя об этом. С тобой всегда было безопасно. Я всегда был честен.
Я слышу, как позади меня открывается входная дверь.
— Истон.
— Вернись в дом, детка. Линн как раз уходит.
