— Не был хорош? Сучка, я перегну тебя через этот стол прямо здесь и покажу тебе, насколько я хорош. — Он отталкивается от стола, пальцами расстегивая ремень.
Я поворачиваюсь к Исту и прячу лицо у него на шее. Меньше всего хочу видеть член Кроула или смотреть, как он трахает цыпочку с фиолетовыми тенями для век и чулками в сеточку под джинсовой юбкой. Он встречался с моей матерью. Я оглядываю комнату, гадая, со сколькими мужчинами здесь сегодня она спала.
Женщина смеется, а Ист целует меня в висок.
— Почему бы мне не отвезти тебя домой. Здесь тебе не место.
Прежде чем успеваю ответить, входная дверь в клуб распахивается, и темноволосый с проседью мужчина падает на колени, глаза его закатываются. Из уголков его рта сочится кровь.
Из его рта вылетает одно слово:
— Ист.
Кто-то кричит:
— Никеля подстрелили.
Ист вскакивает на ноги, когда мужчина падает с тяжелым стуком.
Уилла Мэй
Я так хотела доказать, что принадлежу к миру Истона Рида. Теперь я по колено в нем. Один человек мертв. Брат из «Королевских ублюдков», точнее, вице-президент. Узнала об этом от Пэм. Мы сидим с ней за столом. Она обхватила косяк красными губами и сосредоточенно пыхтит. Мертвец лежит на барной стойке, рубашка разорвана, тело еще теплое. Ист и его братья на совещании с отцом. Девушка с фиолетовыми тенями сидит по другую сторону от Пэм и плачет беззвучными слезами. Все произошло так быстро. Не было времени отреагировать.
Грусть поселилась глубоко в душе, как будто я что-то потеряла, но не знаю, что именно. Я никогда не встречала Никеля. Но все же он важный человек для Иста и остальных членов клуба. Подобная потеря происходит на твоих глазах и режет тебя до глубины души, независимо от того, знал ты этого человека или нет. Когда видишь, как человек испускает последний вздох, это цепляет за душу. Я смотрю в окно на снег, который усиливается. Снежные хлопья падают с неба. Мы ждем полицию. Погиб человек, и нужно многое сделать. Я просто не знаю что.
— Есть ли что-нибудь, что я могу или должна сделать? — У меня не получается выкинуть из головы слова, как Никель позвал Иста, когда испустил предсмертный вздох.
— Ты это уже делаешь. Хотя нет, это неправда. Тебе нужно подготовиться, Уилла Мэй. Никель был вице-президентом. Его заменят. Мёрдер восхищается Истом. Его старик был поручителем Мёрдера, когда тот занимался поисками клуба. Они были очень близки, и Мёрдер поддерживал Иста. Твой муж скоро получит повышение. Помяни мои слова.
Мурашки пробегают по рукам, и меня пробирает дрожь. Я оглядываюсь на бар, на мертвого мужчину. Он был вице-президентом, и посмотрите, к чему это привело. Я знаю, что не могу сказать Исту «нет», не могу умолять его уйти из клуба. Клуба, в котором он состоял дольше, чем знал меня. Я выросла среди байкеров. Я знаю кодекс. Прижав ладонь к животу, я думаю о ребенке. О жизни, которую мы создали. Я не могу растить ребенка одна. Я теперь старушка Иста и должна вести себя соответственно.
— Ты беременна. — Пэм улыбается мне, и цыпочка с фиолетовыми тенями переводит взгляд на мою руку на животе.
— Из-за Линн мы никому не говорили. Время не подходящее.
— О, к черту Линн и ее чувства.
— Аминь, Самара, — говорит ей Пэм и протягивает косяк.
— Красивое имя.
— Спасибо. — Она раскуривает косяк, затем выкуривает его в пепельницу на столе.
— Как думаешь, что Никель хотел от Иста?
— Трудно сказать. Кто знает? Ист мог быть первым, кого он увидел, когда открылась дверь. Я бы не стала слишком много об этом думать.
— Ты хорошо его знала?
— Никеля? — Что-то мелькнуло в ее глазах.
— Да. Мне кажется, что если я видела, как он умирал, то должна что-то знать о нем. Каким он был?
— Он был бабником и алкоголиком, — фыркает Пэм. — Да, я слишком хорошо знала Никеля. — Я не упускаю из виду быстрое движение ее большого пальца под глазом, как будто она вытирает слезу. — Неважно. Хорошо или плохо. Он покинул бренную землю. — На ее лице появляется отстраненный взгляд.
Это тот парень, с которым она изменила своему мужу? Пустое выражение на ее лице, говорит мне, что это точно он.
Проспект, наблюдающий за дверью, начинает бежать в сторону, где скрылись Ист и братья. «Пять-о», — он закрывает рот руками, крича, что полиция уже здесь.
Красные и синие мигающие огни заполняют окно, танцуя на снегу. Пэм сжимает мою руку.
