― На последнем испытании появилась Анита с сыном и заявила право пары. Я была исключена из отбора, и портал перенес меня домой.
― Это была ошибка, ― попытался настоять на своем Бухтенвиль.
― Там были Инфанты, вряд ли судьи Ифтария дали бы случиться несправедливости.
― Зря ты веришь этим шарлатанам, ― снова набычился Бухтелка, а Юна кивнула, в поддержку своего друга. ― Ты бы видела, как они пытались проникнуть в нашу комнату. Но мы никого не пустили!
Мне вдруг стало не по себе от того, что могло происходить во дворце за время моего отсутствия. Тут же вмешался принц:
― Я могу просить у вас рассказать подробнее, что произошло? Это поможет нам устранить недопонимания между нашими государствами.
― А у этого змееныша мозгов больше, чем у его отца, ― сделал «комплимент» Бухтенвиль.
― Рассказывай, ― рыкнула я.
― Да, моя королева! ― выпалил Бухтенвиль. Теперь глазки закатила Юна.
― Возможно, нам будет удобнее все обсудить в моем кабинете? ― робко предложила настоятельница.
― Ы! ― поддержал ее Байрон, которому надоело бегать между кроваток.
― Ваше Величество хочет присутствовать на суде? ― спросил кто-то из советников.
Тиран окинул присутствующих в комнате тяжелым взглядом и с трудом сдержался, чтобы не разорвать предателей собственными руками. Делать этого пока было нельзя, но очень хотелось.
― Как того требуют обычаи. Что с нагами?
― Император утверждает, что ваши обвинения беспочвенны. Делегация выдвинулась на границу. Воины королевства ждут вашего приказа.
Тиран кивнул. Все его эмоции выдали лишь два тонких клыка, появившиеся над нижней губой. Сейчас нужно было сосредоточиться на том, чтобы вернуть Ренату. Каждый день без нее причинял невыносимую боль.
*********
― Что произошло, после того как закончился отбор? ― спросил принц и черепахи.
Несмотря на юный возраст, принц уже умел выделить в разговоре главное. Бухтенвиль скривил недовольную рожу и посмотрел на меня.
― Рассказывай все, что знаешь. От этого зависит судьбы двух стран.
― Как только они отдадут тебя королю, Мардар успокоится.
― Леди никто не держит, ― заверил принц. ― Мы откроем портал для нее, или для его Величества, в любой момент. Настоятельница проследит за тем, чтобы в портальной комнате всегда кто-то дежурил.
― Тогда почему она еще здесь?! ― топнул лапой Бухтенвиль. Юна повторила жест за ним.
― Потому что меня никто к Мардару во дворец не приглашал. И потому что к нему вернулась семья, ― я вмешалась в разговор.
― Нет у него никакой семьи!
― А Анита с сыном
― Это обман!
― Рассказывай, что там у вас произошло, ― выдохнула я в надежде, что слова о том, что Анита и ее ребенок к Тирану никакого отношения не имеют, окажутся правдой.
Я понимала, что даже думать о таком плохо, но ничего не могла с собой сделать. Я ревновала и хотела, чтобы в этом монастыре появился не тархаран с паразитом, а Тиран, собственной персоной. Хотя, Бухтелку я тоже рада была видеть.
― Ты тогда пришла расстроенная, и я пытался тебя успокоить, ― мы с Юной переглянулись, но промолчали. ― А когда ты уснула, открылся портал и оттуда вышли стражники и забрали тебя.
К счастью, после моего похищения прямо из спальни у тархарана хватило смелости покинуть свое укрытие и отправиться на поиски. Не знаю, что им руководило: волнение или страх оказаться снова безмолвным украшением дворца, но бродя по замку несколько дней, они многое узнали.
― После завершения отбора все претендентки отправились домой. Советники думали, что начнется подготовка ко второй свадьбе с вернувшейся королевой. Ну и исцеление короля начали связывать с возвращением Аниты. После того, как все претендентки исчезли, мирата требовала восстановить связь и признать сына, ― осторожно произнес Бухтенвиль.
― Кто такая Анита? ― спросил принц.
― Победительница первого отбора в доме Мардаров, ― пояснила я. ― Через год после отбора она заявила, что король ошибся, и связи между ними нет. Она попросила свободы, и королю пришлось собирать второй отбор.
От упоминания Аниты Юна сжалась в комок. Я посмотрела на Бухтенвиля:
― Это она привязала мою девочку к источнику его Величества, ― в голосе статуи прозвучала тупая боль. ― Она мне показала, ― он кивнул на паразита. ― И как ты ее спасла. И этого болвана, который дал доступ к своему источнику.
― Чуть больше уважения к его Величеству, ― вмешалась в диалог настоятельница.
― Ты бы тоже допустил Юну к своему источнику. Тиран считал Аниту своей парой, ― добавила я, оправдывая королевскую глупость. Не могла не оправдывать.
― Она и была его парой, ― рыкнул Бухтенвиль.
Настоятельница сложила руки в замок, принц насторожился. Ситуация получилась скверной, а история эта началась еще задолго до рождения Тирана. На отборе его отца, Савера Мардара. В этом же отборе принимала участие и Эмара. Та самая Эмара, которая потом организовывала отборы его сына.