– Это не так-то легко сделать. – Якссон прищелкнул языком и провел им по щекам. Он поднял руку и ощупал свое новое лицо, продолжая привыкать к измененной плоти. – Мы планируем дать всем планетам Империи полную свободу развивать собственную культуру, самостоятельно заключать торговые договоры. – Его голос звучал все громче, все более страстно. Он любил говорить о своей мечте. – Каждая планета сможет в полной мере развить собственный потенциал, как достигло процветания человечество, сбросив гнет мыслящих машин. После того как мы перестали опираться на компьютеры, как на костыли, наш вид стал лучше, умнее, проворнее и глубже. – Когда он улыбнулся, на щеках его появились незнакомые прежде ямочки. – Это высшая гуманность. – Он посмотрел на низкорослого наркобарона. – Наше восстание освободит не только Тлейлакс.
Марек шумно потянул носом воздух.
– Пока наши цели совпадают, вам нет нужды беспокоиться, сэр. У моего народа свои приоритеты. – Он взглянул на колышущиеся ряды пятнистых папоротников, светло-зеленые побеги которых поднимались к солнцу из плодородной почвы джунглей. – Новый сорт не токсичный, но он по-прежнему способен вызывать зависимость. Наши потребители вернутся, и тайное богатство вновь польется рекой. – Тлейлаксу скорчил злобную гримасу. – Правда, нашей дистрибьюторской сети больше нет – спасибо Лето Атрейдесу.
Якссон почувствовал инстинктивное желание защитить герцога от нападок, и это желание отразилось на его лице.
– Это из-за ваших глупых и неуклюжих действий!
Марек втянул голову в плечи.
– Я уже начал восстанавливать сеть распространителей, сэр. Один из моих наемников – недовольный каладанский купец по имени Лупар. Он сотрудничал с северными деревнями и торговал лунной рыбой. У него есть связи при императорском дворе. Скоро у нас появится новая подпольная сеть распространения айлара.
– Мне надо знать об этом больше, да что там, мне надо знать все, – сказал Якссон.
– Нет, не надо! – отрезал Марек. – Вы просили меня воссоздать плантации, сэр, и велели проявлять осторожность. – Маленький человечек наклонился и вырвал из земли вьющийся молодой побег папоротника, понюхал его и сморщил нос. – Я хочу, чтобы наша деятельность увенчалась успехом, не меньше, чем вы. Урожаи айлара восстановятся, так же как и наша дистрибьюторская сеть. Я обеспечу вас деньгами, в которых вы нуждаетесь. – Взгляд человечка стал жестким. – Ваша же задача – разрушить Империю, чтобы мой народ смог вырваться из ее пут.
Каждый хищник может стать жертвой другого хищника. Для того чтобы выжить, вы должны понять, кто вы в данный момент.
Даже одна из самых влиятельных в Империи особ, Малина Ару, прибыв на Тлейлакс, не смогла избежать закоснелых ограничений. Она могла надавить через КАНИКТ, но это не всегда лучший способ получить что-то от клиента, а ур-директор явилась с необычной просьбой.
Она отправилась на Тлейлакс после важных дел на Кайтэйне и теперь сидела в карантинной станции на планетарной орбите, так же как и другие визитеры по торговым делам. Хотя без связей с Малиной и КАНИКТ бизнес тлейлаксу был обречен на жалкое голодное существование, Малина понимала, что без генетических работ тлейлаксу доходы КАНИКТ упали бы весьма существенно. Между ними существовали отношения самого удачного типа – отдать, чтобы взять, – а это сулило крупную взаимную выгоду. Ур-директор нуждалась в товарах Тлейлакса и как раз сейчас хотела попросить один из них.
Ожидая в изоляции, Малина не раз вспоминала, что ей не суждено спуститься на расстилавшуюся внизу серо-зеленую планету. Тлейлаксу называли ее
Когда запечатанная дверь отсека, где находилась Малина, стремительно распахнулась, ур-директор увидела, что на встречу с ней пришел лично Арафа в сопровождении еще пятерых тлейлаксу. Она понимала, что свита здесь, чтобы подчеркнуть важность мастера, в то время как Малина демонстрировала свою важность тем, что не нуждалась в спутниках.
Под блестящим капюшоном виднелся высокий лоб мастера и тяжелые, выпирающие сильнее, чем у остальных тлейлаксу, надбровные дуги. Над одним глазом белел шрам. Арафа почтительно поклонился, хотя во взгляде его Малина не увидела и следа почтительности. Ур-директор не стала выказывать раздражение. Просто обратилась к этому человеку как к равному.
Тлейлаксу сделал знак свите подождать его за дверью, Арафа подошел ближе к Малине, но, словно из опасения случайно коснуться ее, остановился на порядочном расстоянии.
– Это большая честь для нас, что вы лично прибыли к нам, ур-директор, – сказал Арафа, – а не прислали представителя по традиционным каналам.
